После ужина все перебрались в гостиную, и Чарли удобно расположился на диване, обняв Дулу за плечи, а тот положил руку ему на колено. Драко решил помочь на кухне. После многолетних предубеждений и страхов ему не нужны были лишние, смущающие его, напоминания о том, к чему он долгое время испытывал предубеждения, и что следовало хорошенько обдумать, а Молли была рада компании.

Он собрал столовые приборы и тарелки и отнес их на столик рядом с раковиной. Молли включила воду, Драко встал рядом с ней, чтобы вытирать посуду, которую она подавала ему.

– Я так рада, что ты все же спустился к нам, милый. Это было бы просто неправильно, что все мы здесь, а ты наверху один. Я надеюсь, что ты получил удовольствие…

Молли начала хватать ртом воздух, а Драко, вымотанный бессонницей и тягостными мыслями, дернулся, испугавшись, и полоснул по ладони ножом, который вытирал. Кровь потекла на запястье и обшлаг рубашки; он смотрел на рану в совершеннейшем удивлении, слишком потрясенный, чтобы почувствовать боль.

Молли бросила на стол свою палочку, чтобы Драко остановил кровотечение. Как только она выпустила палочку из рук, ее глаза затуманились, лицо внезапно покраснело и сразу же жутко побелело.

– Ох… ох, милый. Д-Драко. Помоги… помоги… я…

Молли упала на пол прямо перед ним и замерла в неловкой позе, и Драко почувствовал, что у него останавливается сердце. Секунду спустя он начал громко звать на помощь и схватил палочку, которую она бросила. Малфой знал несколько диагностических заклинаний, поскольку часто слышал их на прошлой неделе, и молил только, чтобы с ней не случилось ничего серьезного.

Рон первым ворвался в комнату и обнаружил Малфоя, который стоял над лежавшей на полу матерью; кровь, стекавшая с его руки, забрызгивала красными каплями все вокруг. Драко попытался что-то сказать, но, увидев лицо Рона, застыл от ужаса. Последнее, что он запомнил - ревущий рыжеволосый гигант, налетающий на него на полной скорости. На сей раз окружающий мир померк не сразу, а после шквала ударов, от которых затрещали ребра и грудь, слепящая боль лишила его возможности говорить, а вскоре стало трудно дышать. Он почувствовал тошноту и удушье и увидел кровавую пену, которую, закашлявшись, выплюнул на пол. Его последней осознанной мыслью стала короткая мольба за Молли, а в сердце теплилась отчаянная надежда, что, если он умрет, Гарри должен знать, что он только хотел помочь.

Глава 25. Что мне делать?

Когда остальные вбежали в комнату, Рон выкрикивал бессвязные проклятья, продолжая избивать Малфоя. Чарли схватил его за загривок и, несмотря на то, что волос там было немного и они были короткими, приложив все силы, сумел оттащить сопротивляющегося и матерящегося сквозь слезы брата от потерявшего сознание Малфоя и прижать его к полу. Гарри бросился к Драко, а Артур и Дула склонились над Молли. Поспешный Энервейт - и Молли приоткрыла глаза, ее щеки слегка порозовели. Она выглядела сконфуженной и слишком дезориентированной, чтобы произнести что-то осмысленное. Все это время Рон вопил, сходя с ума от мысли, что мать могла быть убита или ранена. Гарри повернулся к Дуле и в отчаянии окликнул его:

– Дула! Помоги мне, пожалуйста! Я не знаю нужного заклинания! У него многочисленные переломы ребер, повреждены легкие… он умирает! Пожалуйста! Помоги ему… скорее!

Чарли и Дула привыкли иметь дело с тяжелыми травмами, поскольку по долгу службы им часто приходилось подвергать себя опасности. Дула произносил заклинание за заклинанием. В груди Драко слышался хруст костей, он начал кашлять, и его вырвало кровавой пеной. Потом он сделал глубокий вдох, успокаиваясь, и Дула произнес еще несколько заклинаний, обеспечивающих быстрое исцеление.

– Гарри, отнеси его наверх и уложи в постель. Ему нужен отдых. Я скоро приду и осмотрю его.

Молли пошевелилась, и Артур обеспокоенно окликнул ее:

– Ну, наконец-то, Молли. Как ты, милая? Ты в порядке? Скажи нам хоть что-нибудь, любимая. Дай мне знать, что с тобой все хорошо. Дула? Что с ней?

– Точно не знаю, сэр. Могу только сказать, что она упала в обморок, а диагностические заклинания показывают, что она совершенно здорова. К сожалению, больше я ничего не могу сказать, хотя и довольно сведущ в медицине. Для постановки диагноза нужно осмотр колдомедика. Профессионалы знают больше, чем я. Могу только уверить вас, что не случилось ничего страшного и прямо сейчас ей ничего не грозит. Чарли, любимый, ты не мог бы успокоить своего брата? Невозможно сосредоточиться.

Рон все еще истерил, и Поттер, подняв Драко на руки, беспокойно смотрел на него. Чарли быстро разрешил проблему: он вытащил палочку и оглушил брата, затем оттащил его в сторону, освобождая Гарри путь.

– Я позабочусь о Рональде, а ты просто присматривай за мамой. Пап, попросишь прийти мадам Помфри? Уж она-то точно сможет сказать что-то определенное.

Чарли подхватил Рона и потащил к двери, следуя за Гарри, который нес Драко к лестнице. Блондина, весившего сто двадцать фунтов, вряд ли можно было считать тяжелой ношей. Чарли, согнувшись, выволок младшего брата на улицу и бесцеремонно свалил на землю, а потом отменил оглушающее заклинание.

Рон пришел в себя и тут же пополз к двери. Он кричал низким хриплым голосом:

– Мама… мам…

Чарли снова схватил его, на этот раз быстро притягивая к себе и прижимая его руки к груди.

– Успокойся, братишка. Мама в порядке. У нее нет никаких повреждений, в отличие от Драко, который чуть не умер благодаря твоим стараниям, чертов идиот. Дыши глубже. Приди в себя, дружище.

Рон замолк. От облегчения он обмяк в руках брата и тихо заплакал:

– Я… я, черт побери, подумал… я думал, он… убил ее. Мама в порядке? Ты говоришь мне правду?