– Эй, Поттер!
– раздался за спиной насмешливый голос, когда друзья уже почти дошли до класса, и Гарри, подавив торжествующую усмешку, медленно повернулся к его обладателю.

Малфой стоял, прислонившись к стене и скрестив руки на груди.

– Что получил на Рождество?
– спросил он, изображая искреннюю заинтересованность.
– Многофункциональную дырку от кренделька? Или усовершенствованную модель губозакатывательной машинки? Она тебе бы очень пригодилась...

– А тебе бы очень пригодились мозги, - парировал Гарри, - но твои родители не нашли такого маленького размера.

– Ай-яй-яй, Поттер, как не стыдно считать, что все хотят на Рождество то же, что и ты...
– Драко оторвался наконец от стены и, подняв вверх указательный палец, с умным видом добавил.
– Это называется э-го-цен-тризм!

– А чего по слогам-то, Малфлой?
– «Надо же, как подставился!» - ухмыльнулся про себя Гарри.
– С первого раза не выговариваешь, слишком сложно?

– Нет, просто умственно отсталым всё надо медленно и по нескольку раз. Э-го-цен-тризм, Поттер, э-го-цен-тризм. Хватит или ещё раз повторить?

«Это было довольно забавно», - признал Гарри и хотел было ответить, но Гермиона, как-то подозрительно скривившаяся, будто пыталась подавить смех, потянула его в кабинет, так как в конце коридора показалась черноволосая фигура декана Слизерина. Друзья перестали лезть в их с Малфоем перепалки уже давно. Даже слово «грязнокровка» уже не вызывало такой бурной реакции. Привыкли. И к слову, и к Малфою, и к перебранкам.

А во время урока произошло событие, которое выбивалось из всех доселе существующих рамок их общения со слизеринским принцем. Гарри с Невиллом готовили своё зелье, которое, как ни странно, выглядело вполне пристойно, и Гарри занёс уже над котлом руку со стрекозиными крылышками, как вдруг поймал на себе пристальный взгляд Малфоя. Несколько долгих секунд тот смотрел в зелёные глаза гриффиндорца и наконец медленно отрицательно качнул головой. А затем сразу же, будто испугавшись собственного поступка, резко отвернулся. Гарри же сверился с рецептом и обнаружил, что он перепутал последовательность и перед крылышками нужно было добавить измельчённый тростниковый корень. Исправившись и сосредоточившись на зелье, брюнет до самого обеда пытался осознать тот факт, что слизеринец впервые в жизни ему помог

Глава 3. Поиск

Придя на обед, ученики с удивлением обнаружили, что Большой Зал празднично украшен, стол преподавателей увеличен почти вдвое, и за ним сидят 6 неизвестных человек.

– Это директора других школ, - услышал Гарри поясняющий шёпот Гермионы, - мадам Максим, директриса Шармбатона, Игорь Каркаров, директор Дурмстранга. Остальных не знаю, но тут должны быть ещё директора Ольсборга, Сильмара, Зильгортса и Маттиуста.

– Итак, прошу внимания!
– Дамблдор поднялся, и в Большом зале мгновенно наступила тишина.
– Сегодня произойдёт то, чего все так долго ждали. Уже через несколько минут мы узнаем результаты Поиска. Думаю, что вы, как и я, надеетесь, что хотя бы один из Вероятных Партнёров будет из Хогвартса. Однако, должен заранее предупредить, что это возможно, но совершенно не обязательно.

Тут кто-то ойкнул, указывая на потолок, и все взгляды устремились на Поисковые Артефакты, которые начали медленно кружиться, очерчивая круг. Постепенно их скорость увеличивалась, и они начали как будто бы светиться изнутри. Наконец, жезлы стали двигаться с такой быстротой, что их стало невозможно различить, казалось, что под потолком Большого зала сверкает золотой обруч. Когда под ним стали вырисовываться золотые буквы, студенты сдавленно ахнули.

– Виктор Крам, Дурмстранг, и Флёр Делакур, Шармбатон!
– прочитал Дамблдор имена первых Вероятных Партнёров.
– Дерек Милторн, Ольсборг, и Кэтрин Вербер, Зильгортс! И наконец… - тут Гарри увидел, как золотые буквы складываются в так хорошо известное редкое имя, а затем весь похолодел и почти с ужасом ждал, предчувствуя, что будет дальше, и отчаянно надеясь, что всё же ошибается. До последнего надеясь. Пока Дамблдор не озвучил, наконец, золотую надпись…

– Драко Малфой, Хогвартс, и Гарри Поттер, Хогвартс.

Казалось, что тишину, наступившую после этих слов, можно было резать ножом.

– Дамблёдорр', - раскатисто произнесла мадам Максим с отчётливым французским акцентом.
– Позд'авляю, это пот'ясающе! Па'а Ве'оятных Па'тнёров из вашей школы! Сове'шенно неве'оятное событие!

Тут Гарри, наконец, посмотрел на слизеринский стол и напоролся на пристальный взгляд серых глаз. Брюнет без особого удивления прочитал в нём те же вопросы, что мучили его самого: «Как?», «Почему ты???», «И что теперь делать?» и самый главный вопрос, перекрывающий все остальные: «Что за херня, собственно, происходит????»

– Что ж, позвольте мне поздравить всех Вероятных Партнёров, - Дамблдор внимательно посмотрел сначала на Гарри, потом на Драко и повернулся к директорам других школ.
– Мы с нетерпением будем ждать представителей школ Дурмстранг, Шармбатон, Ольсборг и Зильгортс в следующем году в Хогвартсе. Подготовительные Артефакты будут вручены Партнёрам и их представителям после обеда.

Дамблдор сел и столы наполнились праздничным угощением.

– Гарри… - начала было Гермиона, но осеклась.

– Это здорово, Гарри, поздрав… - Рон стушевался и не закончил, проследив за взглядом Поттера и увидев разъярённое лицо Малфоя.
– Ой, что теперь будет… - пробурчал он себе под нос.

Весь обед Гарри пытался себя убедить, что ничего страшного не произошло, им с Малфоем совершенно не обязательно выигрывать, и вообще всё обойдётся. Но затем он вспомнил предостережение директора о магических обязательствах, которые накладывают на Вероятных Партнёров Артефакты и ему стало немножко не по себе.