— Слева — изгиб берега. Земля вот такой формы, понимаете, не прямая. Здесь она изгибается и снова выдается вперед, — Сет опять описывал берег при помощи жестов. Он также сказал, что у семьи есть крепкие связи с заграницей и рассказал еще кое-что об истории семьи и ее членах.

Копию записи этого сеанса Роб отправил братьям. Они в ответ прислали кассету, на которой подтверждали информацию. Позднее они подписали заявление, которое хранится у нас. Информация Сета об их доме была верна до мелочей, как и описание местности и формы берега.

Братья жили в Чула-Висте, где я никогда не была. Они действительно жили в розовом оштукатуренном доме с двумя спальнями сзади. Он стоит в полумиле от залива Сан-Диего. Рядом с ним много песчаных дюн и деревянных столбов, которые выглядят точно так, как описал Сет.

Семья приехала из Австралии и надеялась туда вернуться. Некоторые сведения, которые здесь не цитируются, тоже оказались верными, а некоторые — нет. Например, Сет сказал, что мать семьи умерла. На самом деле, она была жива, но семья порвала с ней эмоциональные связи, и женщина не постоянно жила в доме.

И снова этот случай вызвал множество вопросов, касающихся наших с Сетом взаимоотношений во время выхода из тела. Предположительно, он остается в теле, когда я из него выхожу, но мне кажется, что это — упрощенное объяснение. Мы все еще собираем информацию по этому вопросу, как на сеансах, так и самостоятельно.

Я всегда радуюсь, когда наши опыты удаются. Я никогда не верила другим людям на слово относительно природы вещей, хотя иногда и принимала на веру больше, чем стоило бы. Я всегда хотела узнавать обо всем сама. Я весьма критично подходила к тому, что происходило со мной, хотя и оставляла себе простор для экспериментов. Поэтому после случая с братьями я расслабилась. Я снова выходила из тела, и снова все подтвердилось. Как Сет помог мне? Как он мог сообщать о моих ощущениях, когда мое сознание было на другом конце материка? Я была очень заинтригована и точно знала одно: он правильно поступил, отправив меня из тела без предварительной подготовки. Так у меня получается гораздо лучше, потому что я не чувствую себя, как на экзамене, и не волнуюсь насчет результатов (он тоже хороший психолог!).

Этот случай и моя новообретенная уверенность в себе сделали возможной дальнейшую работу. Мне писали и другие незнакомые люди, некоторым из них была нужна какая-то помощь. Хотя Сет и утверждает, что помочь себе можно только самостоятельно, некоторым он давал замечательные советы, наряду с точным описанием их окружения — скорее для того, чтобы я поняла, что мы имеем дело с правильным человеком, чем для чего-либо еще.

Наши сеансы по понедельникам и средам, на которых Сет излагает теоретический материал, по-прежнему остаются приватными, хотя иногда к нам может кто-нибудь зайти. Иногда Сет проводит сеансы для моих учеников прямо на занятиях по экстрасенсорике, и тогда он рассказывает о практическом применении материала.

Единственный, кто регулярно присутствует на наших частных сеансах, — Филипп. Сет сообщал ему информацию о деловых сделках. Помимо всего прочего, он правильно предсказал курс некоторых акций. Фил ведет свою статистику «попаданий» Сета. Иногда предсказания охватывают период в несколько лет. Те предсказания, которые Фил уже мог проверить, часто оказывались правдивыми. Однако у Сета нет привычки давать советы на сеансах. Он говорит, что люди должны сами принимать решения.

Мы никогда не знаем заранее, что случится на сеансе, и как-то раз Сет очень удивил нас. В тот вечер зашел Фил, как обычно — без приглашения. Он сказал, что ему повысили зарплату, но сумму не назвал. Когда начался сеанс, Сет с улыбкой сам сообщил сумму с точностью до цента. Потом Фил спросил Сета, знает ли тот что-нибудь о голосе, который он слышал в баре.

— Мужской голос, да? — уточнил Сет.

— Да, — ответил Фил.

— И ты не узнал его? Тогда я тебе не скажу. Нет-нет, не скажу.

— Это был твой голос? Все случилось так быстро, я не успел понять, — улыбнувшись, сказал Фил. Сет с усмешкой кивнул.

Во время первого перерыва Фил объяснил, что месяц назад он говорил в баре с девушкой, когда вдруг услышал «Нет, нет», очень эмоционально произнесенное мужским голосом, который, казалось, звучал в голове Фила. Ничего подобного с ним раньше не случалось. Он настолько удивился, что поспешно извинился перед девушкой и ушел.

Сет признался, что это он говорил с Филом. После перерыва он пояснил:

— Эта женщина настолько цепкая, что опасна для тех, с кем она общается.

Он добавил, что девушка «...использовала бы тебя как буфер между ней и другим мужчиной, а также как козырь, преувеличивая в рассказах интерес с твоей стороны. Возникла бы неприятная ситуация. Поскольку ты меня послушался, вероятное будущее изменилось». Затем он изложил подробности, сказав, что у девушки есть ребенок, и она связана с другим мужчиной. «Этот мужчина имеет какое-то отношение к технике». Кроме того, Сет сказал, что девушка католичка, и ее проблема связана с каким-то документом.

Потом Сет сказал Филу, где она живет, хотя конкретного адреса не назвал.

— Она живет в... третьем или четвертом доме в середине тупиковой улицы, в северо-восточной части города, к западу от того бара, где вы встретились.

Филу все это было очень интересно, потому что он понятия не имел, где живет девушка. Он вообще ничего о ней не знал, кроме имени и примерного возраста. Поскольку на следующий день он еще был в городе, то вернулся в бар и стал задавать вопросы. Бармен назвал Филу адрес девушки, и тот отправился туда. Выяснилось, что Сет знал, о чем говорит. Они жила в третьем доме от конца тупиковой улицы в северо-восточной части города, но к западу от бара. Она была католичкой, у нее имелся ребенок и связь с мужчиной, который, правда, оказался продавцом машин, а не техником.