То, что слух подтвердился, и мальчишка Крауч, превратившийся за этот срок в озлобленного нервного мужчину, радостно приветствовал своего господина, стало приятным дополнением. Барти сам пытал и убил собственного отца, а потом опять поклялся в верности Волдеморту и с фанатичным рвением ринулся исполнять его распоряжения. Он вынюхивал, выведывал, даже пробрался в Хогвартс и выяснил много важных вещей.

Во-первых, Краучу стало известно, что Фенрир Сивый скрылся от авроров вовсе не из-за страха расплаты. Он все эти годы искал Волдеморта, правда, безуспешно, и создавал ему армию оборотней, готовых бороться за идеалы Пожирателей смерти по первому приказу, не щадя своих жизней. Это были свирепые, магически сильные особи, считающие, что при нынешней власти им придется влачить полузвериное существование и быть магами второго сорта. Новое же правление им обеспечит место под солнцем.

В первом оборотни не ошибались, и нынешнее правительство магического мира вело политику урезания их прав. Таких магов могли не принять на работу, старались не обращать внимания на их проблемы и откровенно побаивались. Волдеморт, правда, относился к этим нелюдям не лучше, если не хуже. Он собирался сделать для них резервации и никогда бы не допустил, чтобы у оборотней были равные права с магами, даже с маглорожденными. Но он умело пудрил мозги и до развоплощения, и тем более теперь, когда потерял все свои прежние позиции и влияние на умы и жизни волшебников.

Другой грозной силой, готовой поддержать Волдеморта стали великаны, которых нынешний кабинет министра притеснял еще сильней. Их уже почти полностью выдворили с территории Британии, лишь в отдельных уголках шотландских гор сохранились несколько кланов. Посланный к ним для переговоров Барти вернулся весьма довольный подписанным соглашением, и теперь эти туповатые, но сильные физически и мало подверженные магии существа ждали сигнала начала атаки на Хогвартс.

* * *

Пока Волдеморт создавал свою армию, магическая школа жила своей жизнью. Иностранные делегации мирно отбыли восвояси. Атмаджи Озиль пытался оспорить победу Седрика Диггори, принесшего дубликат кубка. Настоящий приз, превращенный погибшим Лестрейнджем в портал, остался на кладбище. Поэтому новый главный судья Турнира, министр магии Британии Корнелиус Фадж, являясь патриотом родины, сказал, что все справедливо. Поттер явился к трибунам позже всех, без кубка, а история, что его похитили, - полнейшая ерунда.

Гарри было чуть обидно, что победу вырвали прямо из его рук. Но больше его волновало, что многие не верят в возрождение Волдеморта. Фадж через прессу даже обвинил во лжи всех, распространяющих такие слухи. Бывшие Пожиратели смерти, боясь, что их снова начнут таскать по судам, охотно подпели ему, указывая на невоспаленные метки. Обыватели, не желая лишних волнений, продолжали размеренную жизнь.

Гарри пытался доказать свою правоту, горячился, но Северус уговорил мужа не вступать в дискуссии с «тупоголовыми баранами», а позаботиться о собственной безопасности и готовиться к последней битве. Они, как и собирались, остались в Хогвартсе, который, по сути, являлся неприступным замком. Мужчина занял место преподавателя ЗОТС, а парень после сдачи ТРИТОН - его ассистента.

По вечерам супруги спускались в Тайную комнату, где занимались дуэлингом - Гарри осваивал владение обеими палочками сразу, затем ужинали и там же ночевали. Отношения между ними стали настоль идеальными, что каждый боялся сглазить и не констатировал это вслух. Они вообще старались не говорить на личные темы, обсуждая создавшееся положение, темным пятном которого являлась предстоящая схватка Гарри с Волдемортом.

Волновало их и происходящее в школе. Дамблдор по-прежнему находился между жизнью и смертью. Из-за его состояния замок периодически трясло от колебаний магии. Это значительно ослабило защиту, но переживающая за старика МакГонагалл ничего не предпринимала, чтобы

помочь с ее восстановление.

Одному Флитвику это было не под силу. Другие преподаватели, даже объединившись, не сравнялись бы по магической мощи с Минервой, а Северус и Гарри, являлись пока временно занимающими должности, не могли участвовать. Принять на работу по-настоящему должен был именно директор школы, но он практически все время был без сознания и в любом случае не в состоянии провести необходимый ритуал. Получался замкнутый круг.

Одно успокаивало: возродившийся Волдеморт затаился. Месяц шел за месяцем, а о нем не было ничего слышно. Фадж ликовал, выступая в прессе, заверял электорат, что все под контролем, и обыватели могут спать спокойно. Ему охотно верили, и даже Гарри несколько расслабился, позволяя себе, вместо очередной тренировки встретиться с хогвартскими приятелями или заняться любовью с Северусом.

* * *

Гром грянул несколько неожиданно. В начале марта дементоры, грозные стражи Азкабана, покинули остров, на котором он располагался. Защита тюрьмы значительно упростилась, и из застенков на свободу вырвались самые ярые последователи Темного Лорда: Долохов, Руквуд, Эйвери и еще десяток озлобленных и чуть спятивших в заключение фанатиков.

Правительство магической Британии всполошилось. Недальновидный Фадж полетел со своего поста, и место министра занял Руфус Скримжер. Однако время было упущено. Страну захлестнула волна террора и погромов. На магические и магловские поселения нападали стаи оборотней и толпы великанов, в дома неугодных магов наведывались Пожиратели смерти, оставляя после себя пепелище и трупы.

Британию охватила волна эмиграции, а магловское правительство, верней та его часть, что знала о существовании волшебников, грозилось вспомнить времена инквизиции и устроить травлю, применяя современные технологии. Обстановка накалилась до предела.

И тут сам Волдеморт дал временную передышку, внезапно прекратив все. Его грозная армия сосредоточилась в небольшом городишке Литтл-Хэнгелтоне, уничтожив там всех жителей и оградив внушительной защитой. Авроры не раз пытались взломать ее, но у них ничего не выходило. Магический мир замер, понимая, грядет нечто страшное, хотя куда уж хуже.