Утром Поттер еле встал от неприятных ощущений внутри. Боль отдавала в копчик, было трудно сидеть, а ходить приходилось, слегка расставляя ноги, отчего соседи по комнате смеялись. «Завтра станет еще хуже?» - задавался Гарри вопросом, но не находил ответа. Еще его интересовало, будет ли так же невыносимо в момент следующего проникновения и может ли это когда-нибудь понравиться. Впрочем, ему предстояло проверить это на практике.

Тем временем уроки в школе шли своим чередом. По составу предметов они мало отличались от расписания старой школы, но метод преподавания был иным. Во-первых, не существовало четкого деления на классы. На занятиях присутствовали и ровесники Гарри, и почти взрослые парни. Всех их объединял примерно один уровень знаний. Поэтому задания давались индивидуальные, а объяснений почти не было.

Если встречалось что-то непонятное в учебнике, приходилось долго тянуть руку. Учитель обязательно делал колкое замечание, бил линейкой по спине и весьма неохотно цедил сквозь зубы пояснения. Затем давал проверочную работу и, если ученик с ней не справлялся, назначал взыскание, например, вымыть туалет, коридор или класс. Когда же плохие отметки повторялись, то провинившихся пороли розгами. Такое же наказание следовало за невыполненную домашнюю работу, которая тут называлась внеклассной.

Поттеру, как новенькому, каждый учитель выдавал тест по своему предмету, чтобы выявить его уровень знаний. Так как здесь не было Дадли, мешавшего ему учиться, то он с удивлением понял, что с легкостью может ответить на все предложенные вопросы. Перед ужином к Гарри подошел мистер Барнет, который являлся куратором их группы и сказал:

– Поттер, вы показали неплохие результаты по всем предметам в начальном уровне. Поэтому завтра вам вновь предложат тесты, соответствующие второй ступени. Надеюсь, вы справитесь.

«Я тоже», - подумал мальчик, побаиваясь, что отрицательно написанный тест может привести к неприятностям. Похоже, часть его мыслей отразилась на лице, так как мистер Барнет заметил:

– За первоначальные тесты никого не наказывают.

Мальчик кивнул в знак понимания. Ему не понравилось, что учитель с легкостью прочитал его скрытые эмоции, и он решил учиться прятать их. К сожалению, для этого потребуется время. Но начать можно прямо за ужином под хихиканье соседей по столу, которые принялись подшучивать:

– Поттер, ты уже сп* дил подсолнечное масло?.. А надо. Иначе не отбрехаешься от мистера Хопса, школьного врача, почему у тебя порвана жопа. Версия с застарелым геморроем вряд ли прокатит.

Гарри изо всех сил старался не обращать внимания на эти слова. Но это было трудно, так как он считал, что мальчишки несправедливы к нему. Они вели себя так, будто он сам напросился быть «подарком» Авелю. Ему хотелось вскочить из-за стола и заорать о своей невиновности, но это выглядело бы истерикой.

«Я справлюсь», - скрепя зубами от злости, подумал Гарри и постарался представить перед внутренним взором тихий ночной прибой на море. Окружающий шум слился в гул, и на душе стало легче. Его лицо приобрело отсутствующее выражение. «Получилось?» - мелькнуло в голове и пропало. Он так глубоко ушел в себя, что не заметил, как к их столу подошел Фил и, опустив руку на его плечо, поинтересовался:

– Ты поел?

Гарри вздрогнул от неожиданности, но ровно ответил:

– Да.

Соседи по комнате гаденько засмеялись. Авель остановил их веселье резкой отповедью:

– Пасти заткнули! На х* , забыли, что сами подставляете задницы? Тихий, помнишь, как ты отсасывал Клоуну прямо в коридоре?

Белобрысый мальчишка, сидящий через два места от Гарри, залился сильным румянцем и отрицательно покачал головой. Авель не обратил на это внимания и продолжил:

– А тебя, Ботаник, кто вытащил с «карусели»? Хочешь испытать ее в полном объеме?

От этих слов рыжий, кудрявый парнишка побелел как полотно и даже отшатнулся от стола. Но и его действия Фил проигнорировал, говоря все тем же сердитым тоном:

– Еще п* ть будете, и я, на х* , сниму полномочия крыши. Серый будет ссать от восторга.

– Прости, Авель! Не бросай нас!
– раздался нестройный хор голосов.

– Я подумаю, - спустя несколько минут напряженного ожидания смилостивился Фил и, сжав плечо Гарри, велел: - Пойдем, Зайка!

Поттер безропотно подчинился, чувствуя благодарность за то, что он заступился за него. Впрочем, здравомыслие подсказывало, что ему придется расплачиваться за такую доброту своим телом. «Черт, это унизительно - трахаться по-принуждению», - с досадой подумал Гарри. К сожалению, пока он не знал, как изменить ситуацию, особенно, если вспомнить упоминание какого-то Серого с компанией и реакцию на это прозвище у других мальчишек.

* * *

На этот раз Фил привел Гарри не в душевую, а в свою комнату, где было всего две кровати.

– Я и не знал, что в школе есть такие малонаселенные спальни, - вырвалось у мальчика.

– Их мало: около десятка, - лениво откликнулся Фил, раздеваясь и заваливаясь на свою кровать.
– Мой папаша - крупная шишка и дает бабло школе. Мне положены некоторые привилегии.

– Как ты попал сюда?
– осмелился Гарри еще на один вопрос, раздевшись без понукания и забравшись следом.