Алиса отметила, что привычный укол горя при мысли о сестре сменился легким толчком в висок. Вдруг она и правда сможет ей помочь? Или хотя бы сможет попытаться? Или хотя бы убедит ее сына в том, что он сделал все возможное?

– Ты в нем ссылаешься на кое-какую любопытную информацию, - пояснил Вася, - о хюльдрах, их силе и замужестве. Расскажи.

Когда Алиса всерьез засела за книгу, Инга, будучи к тому моменту уже бывшей подружкой Заваркина-старшего, как и обещала, свела ее со своим дядей, историком, мистиком и любителем фольклора. Насчет любителя Инга явно приуменьшила – херр Йохансен был настоящим профи. Высокий седовласый мужчина с чарующими манерами, худой как жердь, он летал меж книжных полок в своем кабинете и выкладывал труды, которые могли бы заинтересовать Алису. Та отхлебывала кофе и никак не могла улучить момент и задать один животрепещущий вопрос.

– Скажите, что вы думаете о мифах в которых говорится, что хюльдра лишается волшебной силы, как только выходит замуж?

Их с Бьорном свадьба была назначена на следующий месяц.

Херр Йохансен перестал метать книги и сел в кресло напротив.

– Мифы говорят, что хюльдры добровольно отдают свою силу взамен на любовь человека и становятся обыкновенными женщинами после венчания. Но это не совсем верно…

Алисино сердце подпрыгнуло и затрепетало. Чашка в ее руках задрожала, и ей пришлось поставить ее на столик рядом с креслом.

– Во-первых, венчание в церкви как поворотный момент в жизни хюльдры подразумевает то, что она невинна. Если вы, моя дорогая, хотите писать в вашем произведении о современном мире, то вам придется заменить венчание в церкви подходящей аналогией, потому как в современной Норвегии к церкви обращаются мало, а девственность у невест встречается и того реже. Если ваша героиня – хюльдра, я правильно понимаю? – современная молодая девушка, к тому чертовски привлекательная, то вряд ли она сбережет свою невинность после пятнадцати-шестнадцати лет. Предания наших прадедов гласят, что самый расцвет женственности хюльдры приходится на возраст после двадцати. Таким образом, в современном мире хюльдра попросту не сможет разменять свою силу на такое банальное действо, как первый секс. Хотя это возможно будет любопытный сюжетный ход, эдакий конфликт…

Херр Йохансен постучал указательным пальцем по подбородку, о чем-то раздумывая. Алиса ждала продолжения.

– Что касается брака, - снова заговорил историк, - то и браки стали сами по себе стали разниться. Женщины выходят замуж ради статуса, ради карьеры или потому что пора… Черт знает что творится с нашим миром, правда?

Алиса улыбнулась. Ей нравился этот странный увлеченный своим делом норвежский дядька.

– Если взглянуть на миф о хюльдре не прямо, а под углом, который позволяет нам не принимать в расчет ритуалы, соответствующие тому или иному времени, то я бы сказал: хюльдра теряет силу, когда признает себя принадлежащей одному, выбранному ею мужчине, тому, кого она любит всей душой.

Алиса, стараясь скрыть разочарование, снова схватила чашку с кофе и спрятала свое лицо в ней.

– Впрочем, она всегда может освободить себя, - продолжал рассуждать Ингин дядя, - согласно мифам, проведя над своей головой или плечом чем-нибудь железным. Это может означать лишь одно: сила хюльдры остается с ней вне зависимости от ее гражданского состояния. Просто она, вытесненная любовью к мужчине, таится где-то в глубине ее души. Так что о потере как таковой говорить не приходится. Я вас порадовал, моя дорогая?

Всю эту информацию Алиса использовала в романе, не преминув воспользоваться советом херра Йохансена: сделала основным конфликтом метания героини между страхом лишиться своей магии и своей сексуальностью. Получилось очень метафорично.

Всю эту информацию она вкратце пересказала племяннику, опустив свои собственные эмоции. Тот задумался и принялся набрасывать что-то в своем блокноте. Алиса вытянула шею, чтобы посмотреть, но увидела лишь непонятные закорючки. Шифр?

– Я все понял, - обрадовался он, - слушай и не перебивай. Если ты на самом деле хюльдра, или полукровка, или еще какая-нибудь смесь, если в тебе есть хоть один аллель, доставшийся по наследству от древней норвежской ведьмы, то ты сможешь спасти мою мать и свою сестру.

– Как? – Алиса попыталась унять дрожь в пальцах, сцепив их в замок.

– Держа в уме принятое нами за аксиому «Хюльдры существуют» имеем следующее: женщина, блондинка, зеленые глаза, очень светлая кожа. Добродушна, доверчива, но в то же время не позволяет над собой доминировать. При принятии решений больше полагается на мощную интуицию, чем на разум. Происхождение: мать родом с севера России, отец имеет бабку-шведку.

Вася тыкал ручкой в блокнот и перечислял набросанные им пункты, а Алиса удивлялась про себя, как ее собственная биография в выбранном им контексте начинает играть неожиданными красками.

– Оказывает необычное влияние на людей: мужчины, как один, испытывают сексуальное влечение и желание обладать, женщины, несмотря на свою завистливую сущность, не выказывают ей знаков неодобрения. Так? Так. Идем дальше.

Алиса улыбнулась краешком рта, услышав, как ее четырнадцатилетний племянник рассуждает о влечении и сущности женщин.

– Единственный мужчина, по-настоящему увлекший собой предмет нашего исследования – представитель народа, создавшего мифы и легенды о хюльдрах, следовательно, умеющего с ними обращаться. Отношение к своим фольклорным персонажам они пронесли сквозь века, как самураи – кодекс «бусидо», а каждый русский – свою загадочную душу.