Когда-то, очень давно, и тоже весной, таким же вот голосом она сказала им «не мешайте». Что же, она, пожалуй, права…

Федор Феофанович медленно шел по улице, и полы его распахнутого пальто раздувались под крепким ветром. Но он не замечал этого. Он смотрел на потемневший, с сизыми лужицами воды, ноздреватый лед. И хотя лед был еще неподвижен, Федору Феофановичу казалось, что он уже вздрагивает под порывами ветра и вот-вот сорвется с невидимого прикола и потащится вниз, обнажая за собой студеные воды реки.