Спустя некоторое время до него дошло, что они едут не в город. Карета достигла озер и вновь начала подниматься по горной дороге. Внизу распахнулась долина…

Рис и мистер Блеск не давали спуску своим подданным: усталый меньше настроен драться. Рабочие бригады кишели по всей долине, как муравьи. Может быть, они действовали по какому-то плану. И даже скорее всего. Но зимой горы просто посмеялись бы над любыми начинаниями. В долине постоянно нужно было держать рабочих, непрестанно лазать по склонам, находить и дробить опасные валуны, прежде чем те успеют наделать бед.

«Помни Кумскую долину. Потому что, если ты забудешь… то сам станешь историей.

И, может быть, в громе и грохоте подземных вод услышишь смех мертвых королей».

Карета остановилась, и Сибилла открыла дверцу.

– Выходи, Сэм Ваймс, – велела она. – И не спорь. Пора наконец позировать для портрета.

– Прямо здесь? Но… – начал Ваймс.

– Добрый фечер, командор, – бодро сказал Отто Шрик, появляясь перед ним. – Я постафил скамейку, и сфет падает именно так, как надо!

Ваймс признал, что Отто прав. В грозовом свете горы сверкали как золото. Вдалеке серебряной лентой падал водопад Слезы Короля. В воздухе сновали яркие птицы. И над всей долиной висели радуги.

Кумская долина в день Кумской битвы. Он просто обязан был оказаться здесь…

– Пошалюста, пускай фаша сфетлость сядет с малышом на руках, а вы, командор, станьте рядом и полошите руку ей на плешо… – Отто суетился вокруг с большим черным иконографом.

– Отто приехал, чтобы сделать несколько картинок для «Таймс», – прошептала Сибилла. – И я подумала… ну, сейчас или никогда. Изобразительное искусство тоже должно идти в ногу со временем.

– Сколько времени тебе нужно? – поинтересовался Ваймс.

– Всего одна секунда, командор, – ответил Отто.

Ваймс приободрился. Вот это уже другое дело.

Разумеется, секундой не обошлось, но вечер стоял теплый, и Ваймс не возражал. Они с Сибиллой сидели и смотрели прямо перед собой с застывшими улыбками, как положено людям, гадающим, отчего «одна секунда» превратилась в полчаса. Отто тем временем суетился вокруг иконографа и сердился на непослушный пейзаж.

– Хэвлок наверняка будет ломать голову, как тебя наградить, – прошептала Сибилла, пока Отто суетился вокруг.

– Пусть ломает голову дальше, – ответил Ваймс. – У меня есть все, что нужно.

Он улыбнулся.

Щелк.

– Шестьдесят новых стражников? – уточнил патриций Ветинари.

– Такова цена мирной жизни, сэр, – энергично отозвался капитан Моркоу. – И командор Ваймс не согласится на меньшее. Мы просто сбиваемся с ног.

– Шестьдесят человек – а также, несомненно, гномов и троллей – это больше трети вашего нынешнего состава, – заметил патриций, постукивая тростью по булыжникам. – Мирная жизнь предъявляет крупный счет, капитан.

– И приносит мало дохода, сэр.

Они оба взглянули на знак – перечеркнутый кружок, – нарисованный над дверью шахты, сразу над черно-желтым ограждением, которое натянула Стража, чтобы отогнать любопытных.

– Эта шахта по умолчанию отходит городу? – уточнил Ветинари.

– Полагаю, что так, сэр. Если не ошибаюсь, это называется «суверенное право».

– О да. Иными словами, правительство совершает неприкрытый грабеж.

– Граги выкупили у города право собственности, но вряд ли теперь они придут и потребуют свое.

– Ты прав. А что, гномы действительно умеют делать водонепроницаемые двери?

– Да, сэр. Примерно с тех же самых пор, как и прокладывать шахты. Не желаете ли зайти внутрь? К сожалению, подъемник не работает…

Патриций Ветинари рассматривал перила и маленькие тележки, на которых гномы вывозили отвал. Он пощупал сухую стену. Потом вновь поднялся по лестнице и нахмурился, когда кусок железа, весом не меньше тонны, выскочил из стены, просвистел мимо его носа, пробил противоположную стену и вылетел на улицу.

– Это было запланировано? – уточнил патриций, стряхивая с одежды пыль.

Чей-то голос у него за спиной восторженно завопил:

– Вот это да! Невозможно! Потрясающе!

Кто-то пролез сквозь пролом в стене и бросился к капитану Моркоу, буквально трепеща от радостного волнения.

– Сверло совершает оборот каждые 6,9 секунды, но сила вращения просто невероятная. Оно сорвалось с зажима! Представляете, какая силища?

– Не представляю, – ответил Моркоу. – В Убервальде…

– Простите, о чем вообще речь? – перебил патриций Ветинари, властно поднимая руку.