Между тем, к своему удивлению и неудовольствию, мистер Тилли заметил, что руки медиума, невидимые для остальных в окружающей темноте из-за черных перчаток, шарят по столу, очевидно, нащупывая лежавший там рупор. Он обнаружил, что так же легко, хотя и с меньшим удовольствием, может читать ее мысли, как полчаса назад читал мысли мисс Иды, и понял, что она собирается поднести рупор ко рту и изображать Абибеля, Семирамиду или кого-то еще, хотя всегда уверяла, что к рупору даже не прикасается. Пораженный этим, он схватил рупор сам и тут же заметил, что она вовсе не находится в трансе. Открыв свои острые черные глазки, которые всегда напоминали ему пуговицы, обтянутые клеенкой, она негромко ахнула:

— Вот это да! Мистер Тилли уже здесь. В виде духа…

Остальные сидевшие вокруг стола ее не услышали. Стараясь вызвать кардинала Ньюмена, они дружно выводили хриплыми голосами: «Веди меня, свет милосердный…» Мистер Тилли сделал вывод, что миссис Камбербатч видит и слышит его так же хорошо, как он ее, а вот другие его присутствия не ощущают.

— Да, меня убили, — пояснил он. — И я хочу войти в контакт с материальным миром. Для этого я сюда и пришел. Но, кроме того, мне бы хотелось вступить и в контакт с другими духами, ведь Абибель или Потир уже должны быть здесь.

Ответа он не получил, она только, как пойманный шарлатан, опустила глаза под его взглядом. Страшное подозрение возникло у него в голове.

— Что это значит, миссис Камбербатч? Зачем вы всех обманываете? — спросил он. — Как же вам не стыдно! И подумать только, сколько гиней я на вас потратил!

— Я все вам верну, — прошептала миссис Камбербатч. — Только не выдавайте меня.

Она захныкала, и он вспомнил, что она часто начинала хлюпать носом, когда ею овладевал Абибель.

— Это значит, что сейчас появится Абибель? — язвительно спросил он. — Ну же, Абибель, давай! Мы тебя ждем не дождемся!

— Отдайте мне рупор, — взмолилась миссис Камбербатч. — Ну, пожалуйста, отдайте мне рупор!

— И не подумаю, — ответил мистер Тилли. — Скоро он мне самому понадобится.

Медиум облегченно вздохнула.

— Да! Да, мистер Тилли! — воскликнула она. — Отличная мысль! Всем будет очень интересно услышать вас сразу после того как вас убили, а они еще этого не знают. А уж сколько я заработаю! И я совсем не обманщица. Во всяком случае, не всегда. Порою я чувствую духов, и они передают через меня свои сообщения. А когда они не появляются, у бедной женщины возникает ужасное искушение подменить их самой. Я ведь вижу и слышу вас, мы с вами ведем беседу — надеюсь, взаимоприятную. Как бы я могла это делать, если бы у меня не было сверхъестественной силы? Вас убили, как вы говорите, а я вижу вас и слышу вполне хорошо. А можно спросить, когда это произошло с вами? Если, конечно, вам не больно это вспоминать…

— На площади Гайд-парк-корнер, полчаса назад, — сообщил мистер Тилли. — Нет, спасибо, было больно всего одно мгновение.

— А вот что касается вашего предложения…

Пока присутствующие распевали третий куплет псалма, написанного кардиналом Ньюменом, мистер Тилли ломал голову над создавшейся ситуацией. Действительно, если бы миссис Кабмбербатч не могла поддерживать связь с потусторонним миром, она бы не видела его. А она не только видела, но и слышала его, ведь их вполне осмысленная беседа велась, несомненно, на духовном уровне.

Разумеется, сейчас, когда он стал настоящим духом, ему не хотелось связываться с нечестным медиумом. Он чувствовал, что это может серьезно скомпрометировать его в этом мире, где, по-видимому, было широко известно, что с миссис Камбербатч не следует иметь дело. Но, с другой стороны, ему повезло так быстро найти медиума, через которого он может общаться со своими приятелями, и было трудно проявить высокую мораль и отказаться от ее услуг.

— Не уверен, что могу вам доверять, — наконец сказал он. — Меня беспокоит то, что вы способны передать ложные сообщения, за которые мне не хочется нести ответственность. А ведь именно так вы поступаете с Абибелем и Потиром. Откуда я могу знать, что, когда меня не будет, вы не понесете всякую чушь от моего имени?

Миссис Камбербатч решительно выпрямилась.

— Уверяю вас, я открою новую страницу, — заверила она. — Все, что было, останется в прошлом. Я все-таки медиум. Посмотрите на меня! Разве я не более реальна для вас, чем остальные? Разве я, в отличие от них, не существую и в вашем мире? Разве я…? Иногда я могу обманывать, возможно, я не способна вызвать сюда Наполеона — так же, как, скажем, не умею летать. Но все равно я настоящий медиум! О, мистер Тилли, будьте снисходительнее к нам, бедным человеческим созданиям! Ведь совсем недавно вы были одним из нас…

Упоминание о Наполеоне и о том, что миссис Камбербатч никогда не поддерживала контакт с этим великим существом, оказалось для мистера Тилли болезненным. В этой затемненной комнате он частенько вел с ним долгие беседы, и Наполеон делился интересными подробностями своей жизни на острове святой Елены, которые, как считал мистер Тилли, подкрепляли прекрасное сочинение лорда Розбери «Конец Наполеона I». Но теперь все это приобретало фальшивый характер, и его подозрения быстро превратились в твердую уверенность.