— Что такое: СВ. N 645791?

— Номер свидетельства о смерти, товарищ майор.

Дмитрий сел.

— Чьей смерти?

— Матвеевой Д.Г., конечно, постойте, товарищ майор! Как Ваша фамилия? Господи, извините, ради бога, товарищ майор, столько посетителей, что сразу всё не сообразить. Так вы не в курсе?

— Нет, это моя жена.

— Я советую, товарищ майор, обратитесь в милицию, в райотдел, я сейчас позвоню, там у меня приятель работает. Он поможет. Петров его фамилия. Знаете, где?

— Проезжали мимо.

Дмитрий подвинул водителя и поехал в райотдел. Через десять минут он беседовал со следователем. Фину убили в Феодосии, ударом ножа в почки, недалеко от автобусной остановки, по плачу ребёнка было найдено тело.

— Банда у нас орудует, приезжие, «гастролёры», работают «чисто». Взять не можем. Улик они не оставляют.

— Диверсанты?

— Нет, не похоже. Больше золотом, деньгами и продуктами занимаются. И меняют «союзнические» товары, «контрабас», на рынке на карточки и продукты, а продукты на золото. «Рыжьё», по-ихнему. У Вашей жены было что-нибудь на левой руке одето?

— Браслет и кольцо.

— «Рыжие»? Извините, золотые?

— Да, браслет не снимался, его ещё задолго до войны заклепали, так как застёжка сломалась.

— Значит, из-за этого! — младший лейтенант вытащил из дела фотографию, где была видна рука без кисти. — Как же она так не аккуратно?

— У неё ребёнок на руках был, кстати, где он?

— В доме малютки, в Краснодаре, вот справка, возьмите.

— А теперь, лейтенант, как на духу, что тебе известно о них. — глухо сказал майор, укладывая справку во внутренний карман.

— Товарищ майор, это…

Дмитрий тяжело положил и развернул в сторону младшого кобур-маузер, на золотой нашлёпке которого было выгравировано: «Пламенному бойцу революции товарищу Мехлису. И.Ст.».

— Извините, товарищ майор! Работают они на рынке и в ресторане, потом следят за жертвой, и в тихом месте режут. Где живут — не знаем. Кепочки у них клетчатые. И, осторожно, вооружены.

— Спасибо! Близко своих людей не держи, без надобности!

Лейтенант промолчал, майор вышел к машине.

— Ткачук, у тебя часы золотые были, с собой?

— Так точно, товарищ командир.

— Дай-ка! Понадобятся.

— Держите.

— Объясняю ситуацию: Десфину убили. Едем брать тех, кто к этому причастен. Есть метка: клетчатые кепки. Оружие к бою, без команды не стрелять, только, если очень попросят.

Подъехали к рынку на Крымской, вдвоём с Гавриловым походили, поторговались, купили водки, затем поехали на Курортную, в ресторан. Водку — во фляжки, в две бутылки — воды.

— Я видел двух в клетчатых кепках, пытались прижаться к вам, товарищ командир, но вы так руками размахивали, что это им не удалось. Сели в грузовичок, едут за нами.

— А мы — в ресторан! Гуляем!

В коммерческом ресторане «Феодосия» разыграли пьяную ссору, и начальник всех выгнал, потом расплатился, соря деньгами, и вышел на улицу. Медленно, шатаясь, пошёл по улице, направляясь к пляжу. Сзади послышались лёгкие шаги, постепенно ускоряющиеся. Уход в сторону, разворот и тычок, прямой в горло, по руке полилось что-то тёплое.

— Говно, он Кольку… — навстречу ему летел огромный «бык», выдвинув вперёд нож. Отбой и подсечка, затем прыжок обеими ногами на спину, с проворотом. Рывок вперёд. Прикрывая главаря, остановился худощавый пацан с папироской во рту, играя ножом в руке:

— Я из тебя сейчас лапшу делать буду! — из-под левой руки вылетел тяжёлый штык-нож от АВС, воткнувшийся в глаз бандиту до самой рукоятки, пробив череп. Трое остальных не выдержали, и рванули к машине. Маузер плавно отследил дальнего и выплюнул гильзу. Живые так не падают, ещё одна спина, и затвор послушно выбросил ещё одну гильзу.

— Этого — живым! — послышался крик сбоку, Дима рванулся вперед, догнал мужика, которому здорово мешало бежать длинное пальто, выполнил подсечку, а потом сломал ему обе руки в локтях.

— Забирай, младшой! Просил живым? Держи!

— А если бы убежал?

— От кого? — спросил главстаршина Мальцев, выходя из-за дерева в двадцати метрах дальше по улице.

— Спасибо, товарищ майор, не могли бы Вы зайти завтра и подписать показания?

— Не могу, лейтенант. Мне первого надо быть под Херсоном. А насчёт «спасибо»… Лучше бы было, если бы ты мою жену уберег. Тебя для этого в тылу и держат!

— Не могу я так действовать, товарищ майор. Четверо нас, на весь город. Нас каждая собака знает!