Ничего так шлем, не самый плохой. Но мой нынешний, «Змеиная корона», получше будет. Продавать не стану, положу в сундук — мало ли. А вот и медальон. Ну-с, что там?

Я было собрался его осмотреть, как мой глаз зацепился за нелогичность. Поднялся небольшой ветерок, и песок побежал по холму. И почему-то в двух местах линия песка прервалась, а после снова заструилась ровно. Явно там стояли чьи-то ножки. Надо думать, волосатые.

Я ни на секунду не заподозрил Гедрона. Ему это сейчас не нужно. Да и что потом он этим займется — не факт, поскольку прижимать ему меня незачем, мы расстались полюбовно. Конечно, он явно просек, что у меня скрытый квест и, видать, серьезный, коли таких тварей вызываю. Но у него сейчас другие проблемы и занятия. Ему клан надо поднимать. Вот через полгодика — да, может, и задумается. Так эти полгодика прожить еще надо. Это скорее проделки его безопасника, видел я, как он на меня зыркал. Ладно, сейчас я тебе устрою. Вот только медальон посмотрю.

Неплохой предмет. Прямо скажем. Но для меня бессмысленный. Хотя… Не бывает бессмысленных предметов. Бывает недостаток мыслей по их использованию.

Ну что, любопытный вор. Поехали.

Я открыл портал и задал точку прибытия — замок клана «Буревестники». Интересно, какое оповещение есть у клана на присутствие посторонних на территории?

Оказалось, оповещения вовсе никакого нет. Зато с глупого вора по имени Викки слетела его способность уходить в тень и он оказался посреди площади перед замком. В окружении десятка ветеранов и, до кучи, недоуменно глядящей на него Элины.

— Хейген, ты кого с собой приволок? — спросила она.

— Да вот прилипло что-то по дороге, — ответил, наслаждаясь ситуацией.

Викки пытался использовать свои способности, но, похоже, на территории клана действовал какой-то блокиратор магии. Поняв тщетность попыток, он застыл и затравленно смотрел на окружающих.

А во дворе стояли добрые, умные, смелые и честные люди, которые, миролюбиво улыбаясь, начали медленно и неуклонно обступать его со всех сторон.

— Беги, ущербный, — посоветовал я ему. — Пока жив.

Викки пискнул, проскользнул у кого-то между ног и, пулей пролетев через открытые ворота, побежал по полю, расстилавшемуся за стенами замка. Отбежав под улюлюканье моих сокланов на порядочное расстояние, он открыл портал и прыгнул в него.

— А теперь объясни, что это было? — потребовала Элина.

— Натурально, мадам. Прямо здесь или пройдем к вам? — галантно спросил я.

— Идем уже, — вздохнула мадам, и мы прошли в замок.

Я тут был всего два раза и давно, поэтому особого прилива чувств от нахождения под родным клановым кровом не испытал.

— Редко тут бываешь, — сказал Элина, как будто прочтя мои мысли.

— Да все дела, дела, — искренне вздохнул я. — Минутки нет свободной.

— Ну да, то штурм, то помолвка, то еще чего, — согласилась со мной Элина.

Я покивал головой: мол, да, эх-эх.

Наконец мы пришли к кабинету Элины. Надо отметить, что располагалась наш кланлидер в достаточно небольшом помещеньице, незамысловато обставленном, и в целом все было довольно демократично.

— Думал, тут трофеи на стенах и золото грудами? — улыбнулась она. — Нет, у меня тут по-простому.

— Не-а, ничего такого и не думал, — ответил я. — Я уже усвоил, что именно аскетизм — это стиль жизни клана.

— Все шутишь, — нахмурилась Элина. — Ой, гляди, дошутишься.

— Вот и напрасно вы так злитесь. Я хоть и шучу, может быть, в лоб, зато и информацию приношу в клювике. И не только ее, а еще и довесок к ней.

Я достал медальон и протянул его Элине. Она осмотрела его и уставилась на меня.

— И откуда у тебя это?

— Гедрон дал. В дополнение к просмотру шоу.

— Какого шоу? Ты можешь мне все по-людски объяснить, без этих твоих недомолвок, шуточек и двусмысленностей. С тобой невозможно разговаривать. С детьми общаться проще, чем с тобой.

Я присел на стул, стоящий у стола, махнул онемевшей от моей наглости Элине рукой: мол, садись, и начал свой рассказ, практически не отличавшийся от правды, с одной только разницей, заключавшейся в том, что в моей версии Гедрон в погашение долга и с целью вернуть перстень сам пригласил меня посмотреть этот рейд и при желании в нем поучаствовать. А также провел один раунд игры в рулетку на предмет, который я ей только что отдал. А что? «Чем чудовищнее ложь, тем проще в нее поверить», — сказал очень плохой человек, зато слова очень верные.