— Мне понравилась ваша идея о добровольной армии, — сказала Мэри. Ее проворные пальцы ни на минуту не останавливались.

— И мне тоже, — подала голос Люси. — Я помню, как бились мои соседи, когда их старших сыновей забрали в армию. Многие из них не вернулись. Это слишком ужасно.

Ее взгляд затуманился от воспоминаний. Мне тоже было что вспомнить. Мириам Кэрриер овдовела совсем молодой, но они с сыном Эйденом неплохо справлялись вдвоем. Когда у нее на пороге появились армейские с похоронкой, флагом и дежурными соболезнованиями, это совершенно ее подкосило. Жить в одиночку оказалось не под силу. Ее жизнь просто утратила смысл. Иногда я видела, как она, подобно Восьмеркам, побиралась на той самой площади, на которой я прощалась с Каролиной. Впрочем, дать мне ей было нечего.

— Знаю, — отозвалась я на невысказанные слова Люси.

— А вот Крисс, по-моему, хватила через край, — заметила Энн. — Женщинам на войне не место.

Я улыбнулась тому, с каким чопорным видом она взялась за мои волосы.

— Мой папа рассказывал, что раньше женщины…

Внезапно в дверь постучали, так неожиданно, что мы вздрогнули.

— Мне пришла в голову одна идея, — объявил Максон, войдя в комнату без приглашения.

Похоже, устраивать свидания по пятницам после «Вестей» становилось у нас доброй традицией.

— Ваше высочество, — хором приветствовали его служанки.

Мэри даже выронила из рук шпильки, так торопилась сделать книксен.

— Позволь, я помогу, — поспешил к ней Максон.

— Нет-нет, я сама, — воспротивилась она, отчаянно покраснев, и попятилась из комнаты. Потом неуклюже сделала большие глаза Люси и Энн, чтобы они тоже вышли.

— Э-э… доброй ночи, мисс, — сказала Люси и потянула Энн за край форменного платья.

Едва они скрылись, как мы с Максоном расхохотались. Я обернулась к зеркалу и продолжила вытаскивать из волос шпильки.

— Забавная троица, — заметил Максон.

— Просто они без ума от тебя.

Максон скромно отмахнулся.

— Прости, что помешал, — сказал он моему отражению.

— Все в порядке, — отозвалась я, вытаскивая последнюю шпильку, потом запустила пальцы в волосы, и они веером рассыпались по плечам. — Я нормально выгляжу?

Максон кивнул, задержав на мне взгляд чуть дольше, чем это было необходимо.

— Да, так насчет той самой мысли… — Он спохватился и быстро заговорил.

— Выкладывай.

— Помнишь, мы с тобой читали про Хеллоуин?

— Угу. Ох, у меня так и не дошли руки до дневника. Но он спрятан в надежном месте, — заверила его я.

— Все в порядке. Его никто не хватился. Так вот, я тут подумал… В тех книжках было написано, что его праздновали в октябре, верно?

— Ну да, — ответила я небрежно.

— Сейчас как раз октябрь. Почему бы нам не устроить вечеринку в честь Хеллоуина?

Я стремительно обернулась:

— Правда? Ох, Максон, правда можно?

— Так ты не против?

— Я обеими руками за!

— Думаю, девушкам без проблем сошьют костюмы. Гвардейцы, свободные от дежурств, могут быть запасными кавалерами в танцах, ведь я один, а было бы несправедливо заставлять всех подпирать стену в ожидании своей очереди. Можно устроить на следующей неделе уроки танцев. Ты же говорила, иногда в дневное время вам бывает нечем заняться. И еще сладости! Мы закажем лучшие сладости! Ты, моя дорогая, к концу вечеринки превратишься в колобок. Нам придется тебя катить! — (Я слушала как завороженная.) — Мы объявим о празднествах на всю страну. Пусть дети нарядятся и ходят от дома к дому с песнями, как в старые добрые времена. Твоей сестре это понравится?

— Ну разумеется! Это понравится всем!

Он о чем-то задумался, прикусив губу.

— Как думаешь, она не будет возражать, если мы пригласим ее на праздник сюда, во дворец?

Я была ошарашена.

— Что?!

— Мне все равно придется рано или поздно познакомиться с родителями Элиты. Так почему бы не пригласить ваших родителей, братьев и сестер па праздник, вместо того чтобы ждать…

Договорить он не успел, потому что я повисла у него на шее. Возможность повидать Мэй и родителей так меня обрадовала, что я не смогла сдержать свой восторг. Он обвил руками мою талию и заглянул в глаза. Его собственные сияли радостью. Каким образом этому человеку, которого я когда-то считала полной моей противоположностью, удавалось каждый раз придумать то, что больше всего меня порадовало бы?

— Ты серьезно? Они на самом деле смогут приехать?

— Ну разумеется, — отозвался он. — Мне не терпится с ними познакомиться, и потом, это входит в программу. И вообще, я полагаю, всем вам не помешает повидаться с родными.

Когда у меня перестало щипать в носу, я прошептала в ответ:

— Спасибо тебе.

— Не за что… Я знаю, что ты любишь своих родных.

— Люблю.

Он фыркнул:

— И совершенно очевидно, что ты готова ради них практически на все. Ведь это благодаря им ты осталась на Отборе.