Не знаю почему, но его слова меня разозлили.

– Вы меня успокоили, мастер Азур! Магов в Асперанорре слишком мало, а двадцати рыцарей моего ордена будет достаточно?!

– Со временем все поймете, Серж, – спокойно ответил старик. – Очень на это надеюсь. Тем более что с магами в нашем мире не все так просто. Знания даются очень тяжело, и люди, которые посвятили свою жизнь этому искусству, не перестали быть людьми. Подчас они готовы враждовать между собой, чем наши враги и пользуются.

– Хорошо, оставим эту тему, – кивнул я. – Давайте вернемся к вампирам.

– Что касается вампиров, то убить их трудно, но можно. Думаю, что вы сможете.

– Каким образом? Для этого надо быть таким же быстрым.

– Вспомните, разве вам не доводилось испытывать чувство, будто время замерло?

– Да, пожалуй, вы правы. Было несколько таких моментов.

– Вот видите, значит, это возможно.

– Но это не зависело от моего желания. Это случалось само собой.

– В бою?

– Да.

– В момент, когда решалась чья-то судьба, не так ли?

– Вы правы.

– Значит, вы знаете, что можете, но не хотите признаться в этом умении? Боитесь?

– Нет.

– Поверьте, Серж, в этом страхе нет ничего позорного. Противостоять такому сильному вампиру сложно. Это ведь не простые кровососы, которые только и умеют, что пить кровь и убивать. Тут все сложнее. Такие вампиры не просто подчиняют наши тела, они подчиняют наши души.

– Меня им не сломать. И не подчинить. Убить – да, можно.

– А вы знаете, что могут сделать высшие вампиры с теми, кто не подчиняется?

– Нет.

– Превратить их в камень. В каменную глыбу. Холодную и безмолвную, – произнес он. С какой-то болью в голосе. У меня мелькнула одна догадка. Мелькнула и исчезла.

– Такую, какими полон ваш сад?

– Да, – просто ответил он. – Именно в такую.

– Кем были эти люди?

– Это не только люди. Среди этих каменных изваяний есть и эльфы, и орки, и даже один гном. Это жертвы великой битвы, которая бушевала в этом мире около восьмисот лет назад. Мы их нашли и поставили здесь как напоминание о том, что наш мир хрупок и жесток, но всегда найдутся существа, готовые пойти на любые жертвы ради него. Даже против высших вампиров и прочей нежити.

– И кто сражался рядом с этими людьми?

– Вы хотите спросить – под чьими знаменами они шли в бой?

– Да, именно так.

– Вы уже знаете ответ на мой вопрос, норр Серж. Под знаменами тех, кто был призван богами. Под знаменами ваших предшественников. Самое страшное, что они, погибшие в этой битве, так и не получили упокоения. Их души не растворились в просторах нашего мира. Они заключены в этот холодный гранит. Живьем.

– Что?! Вы хотите сказать, что в этих камнях заключены живые души?

– Да, – сказал Азур. – Они все чувствуют. Прохладные капли весеннего дождя и первый снег. Соленый запах моря и тепло солнечного света. И вместе со всем этим они чувствуют боль, которую испытали перед смертью.

– Это ужасно…

– Это вечные страдания. Вы готовы рискнуть?

– Иначе бы меня здесь не было, Азур. Что я должен делать?

– Слушать…

Через четыре дня я покидал Сьерра. Вместе со мной ехали пять магов, которые согласились нам помочь. На груди под камзолом я хранил бронзовую флягу, выданную мне Азуром. Да, это драконья кровь. Вы считаете, что она мне легко досталась? Нет, не будьте так наивны. То, что нам предстояло совершить, не назовешь легким делом.

Пять магов-воинов, скачущих в Кларэнс рядом со мной, – смертники. Когда я это узнал, поверьте, мне стало немного не по себе. Смотреть на их лица, знать, что эти парни готовы пойти на смерть ради неизвестных им людей, это… Это нечто… Нечто, еще непонятное для меня. Да, каждый воин, идущий в битву, знает, что может погибнуть, но у каждого бойца есть надежда – выжить. У этих парней надежды не было. Чтобы разрушить чары высшего вампира, мало одной храбрости и смелости. Нужны души, которые станут жертвой. Лишь эти жертвенные души и магические знания помогут нам победить.

Почему мне помогали?

Иначе… Иначе погибло бы гораздо больше людей. Сначала все южное побережье, а потом и все королевство. Маги это прекрасно понимали. Но магия – это не все. Был риск, что они просто не выдержат напора вампира. И тогда магия будет бессильна. Значит… бой замкнется на мне. Как-то странно осознавать этот факт. Я не считаю себя героем из древних легенд, которому подвластно все. Но так уж случилось, и мне приходится это делать.

И эта схватка с вампиром – лишь предтеча будущей битвы.