Мы с Броневиком взяли два оставшихся храна и пошли вдоль рядов. Скорость пересылки выросла в разы, уже не приходилось ничего таскать, направляешь на вещь хран и вуаля, она в надежном месте.

Спустя семь часов ноги гудели от беготни, руки уже плохо слушались, предметы исчезали кубометрами в секунду, а края все не было видно. Истекали последние двадцать минут заклинания, наложенного на истукана. Ира отвела его в одно из элитных хранилищ и Двурукий замуровал его как мог. Носились уже все, в том числе и Роберт достал свой старый кланхран, хоть и точка у него привязана к старому месту, арендуемому, и скорость пересылки у него ограничена, но все же лучше, чем ничего.

Чудо или счастливое стечение обстоятельств?

А как иначе можно было объяснить то, что им удалось грабить хранилище в течении целых двадцати трех часов? Роберт уже получил уведомление, что Нагибаторы и Химеры попытались отбить своих, попавших в ловушку согильдейцев и тоже теперь пляшут на круге возрождения. Возможно, это и явилось главным фактором, позволивший им так долго продержаться в святая — святых. Глаза уже слипаются, но дело еще не закончено.

Шесть бледных людей собрались вместе. Девушки держаться на удивление хорошо, а вот Лаки и даже Броневик, шатаются, да и понятно, им досталось больше всех.

— Ну что, у нас осталось последнее дело и красивый уход, — Двурукий, как никогда лучился довольством, — идем в казну!

Да уж, их разбойник как с цепи сорвался, такое нарыл, что упасть ни встать. Но об этом как-нибудь позже, без лишних ушей.

Для того, чтобы попасть в казну, пришлось подниматься на этаж выше, и топать по этажу сто метров. Не много, но тут были и ловушки и попадались игроки. Брали напором и наглостью. Народ явно после хороших гулянок и не выспавшийся, поэтому, пока сообразят, что к чему, ловить их будет уже поздно.

Проникнуть в саму казну оказалось достаточно легко, элементарно перебраться через стойку. Для всех членов гильдии тут невидимая стена, а чужих, опять же, тут быть не должно.

Казначей был так любезен, что отдал ключи от дверей и милостиво согласился подождать за дверью.

— Побежал, что аж пятки засверкали, — хохотнул Двурукий, выведший казначея за дверь, — минут через пять все будут подняты по тревоге, так что работаем как проклятые.

— Куда уж проклятее, — заикаясь, ответил Броневик.

Было такое ограничение в игре — в случае грабежа замка, по любой причине, золотой запас нельзя было забрать одним касанием, как с мобов, а только собственноручно поднимая. Роберт сам пока в таком не участвовал, случая не было, но сейчас слухи подтверждались.

Хоть и были у них малые кланхраны, а не успеть им все сгрести, как ни пытайся. Поэтому, они нагребут, сколько успеют, а потом Двурукий придумал им особую бяку.

Гребли в десять рук, пока Двурукий что-то там вычерчивал. Когда зазвучала сирена, пришлось еще быстрее работать руками, появился таймер отсчета, две минуты, а кучи как будто и не уменьшились.

— У тебя неправильно нарисовано, — раздался неожиданно голос Лаки, — если такую запустишь, мы в игру вернемся в лучшем случае через месяц.

— Где неправильно? — вскинулся рога.

— Там, там и тут символ не тот, — Лаки показал в несколько мест.

— Черт, если ты прав, все летит псу под хвост, — в сердцах Двурукий бросил свой мел для начертания, — ты точно уверен?

— Точно, — кивнул Лаки, — чего хоть сделать хотел?

— Демона вызвать, что же еще.

— Это я и так понял. Для чего? Судя по грамме, ты вызываешь кого-то серьезного, но даже у него будут ограничения, и сильные, все же не в нужном месте вызываешь.

— У нас есть инфернальный камень, — выдал Рома.

— О как, — тем не менее, Лаки не сильно изумился, — тогда да, это весомый аргумент. Но даже в этом случае особо много он сделать не сможет. Но у меня есть предложение.

— О нет! — это простонали все присутствующие.

— Говори!

Дальнейшее было наблюдать и дико интересно и жутко страшно. Лаки перевоплотился в демона, в такого, не особо большого, почему-то прозрачно — белого, с двумя огромными рогами на голове, крыльями, ногами копытами и зверским оскалом. В целом даже симпатично, особенно эта его полупрозрачность. Но вот дальше, после того, что он начал делать, душа сжималась от потусторонней жути.

Он не резал вены, и не чертил грамму кровью, не использовал какие-нибудь потроха. Рисунок на полу вспыхнул сам, сперва нарисовались прозрачные линии, а потом загорелся огонь. И глаза у него не начинали гореть зеленым, как у всех появившихся игроков — демонов. Но само только его перевоплощение в демона, заставило почувствовать себя неуютно, а когда он начал творить вызов, аж зубы заныли.

Через пятнадцать минут, десять из которых они слушали долбеж в двери, появился вызываемый демон.