На безмолвных и неподвижных призраков с воем и воплями отовсюду налетели злобные духи — точно как те, что когда-то атаковали меня.

«Назад! — завопил я, удивляясь собственному грозному рыку. — Убирайтесь!»

Твари отпрянули. Но один дух все же сумел вцепиться в меня, однако не причинил никакого вреда. Резко развернувшись, я треснул его кулаком и выкрикнул проклятие, а потом велел ему исчезнуть и спрятаться в укромном месте, не то я его уничтожу. Он в панике бросился прочь и мгновенно растворился.

В комнате вновь стало тихо, впрочем, прищурившись, я увидел множество мелких духов, застывших в ожидании.

Но тут возле самого уха отчетливо прозвучал голос: «Я велел тебе прийти на агору и отыскать меня в таверне».

Конечно, это был Зурван.

«Мне что, карту тебе нарисовать? — поинтересовался он. — Ты забыл мой приказ? Немедленно отправляйся в путь и разыщи меня. Не смей задерживаться и не обращай внимания ни на живых, ни на мертвых».

Я занервничал, ибо понимал, что проявил неповиновение. Безусловно, я отлично помнил приказ повелителя, как помнил и сегодняшнее утро, ведь я так старательно все запоминал. Поспешно покинув дом, я вышел на улицу.

Это была моя первая прогулка по Милету. Передо мной открылся прекрасный греческий город, овеваемый свежим морским воздухом. Повсюду я видел великолепные, отделанные мрамором сооружения, просторные площади, на которых собирались люди, крохотные лавки и торговые лотки, жилые дома с глубокими нитями под алтари, фонтаны… Над всей этой красотой в небе сияли облака, отражавшие голубизну моря. Наконец я добрался до площади, на которой шумел базар, и заметил таверну под ярким, колыхавшимся на ветру навесом. Я увидел ожидавшего меня Зурвана и остановился перед ним.

«Сядь, — приказал он. — И объясни, почему, выходя из дома, ты открыл дверь, а не прошел сквозь нее».

«Я не знал, что во плоти могу проходить сквозь предметы. Ты же велел явиться к тебе в телесном образе. Ты сердишься на меня? Вокруг так и толпились духи! Я никогда не видел столько, поэтому зрелище привлекло меня и задержало…»

«Хватит болтать, — прервал меня Зурван. — Я не просил тебя делиться со мной мыслями, а лишь поинтересовался, почему ты не потрудился пройти сквозь дверь. Знай, что даже если ты в теле, это не мешает тебе проникать сквозь двери, ибо то, что делает твердым его, не делает твердой дверь. Понятно? А теперь исчезни и появись здесь снова. Таверна почти пуста, никто ничего не заметит. Ну, давай».

Я исполнил приказание. Ощущение было восхитительным, и мне вдруг стало весело.

Выражение лица Зурвана тоже изменилось, стало более доброжелательным. Он попросил меня рассказать обо всем, что я видел.

Когда я закончил, он спросил: «Ответь, а при жизни ты встречался с духами? Только говори сразу, не задумываясь и не напрягая память».

«Да, встречался», — кивнул я.

Вспоминать было мучительно, и я не смог воскресить в памяти подробности, да и не хотел. При мысли о пережитом предательстве меня душила ненависть.

«Я знал. — Зурван вздохнул. — Кир говорил мне, но речь его была туманна, и я засомневался, что понял его правильно. Кир как-то по-особому любит тебя и считает, что в долгу перед тобой. Вот что, мы с тобой отправимся в царство духов, чтобы у тебя не осталось никаких вопросов. Но сначала ты должен меня выслушать. Имей в виду, у каждого мага есть собственное представление о местах обитания духов и о том, кто они и почему поступают так, а не иначе. Но по сути своей все духи одинаковы…»

«Тебе налить вина, повелитель? — спросил я. — Твой кубок пуст».

«Почему ты осмелился перебить меня таким вопросом?»

«Потому что тебя мучит жажда», — ответил я.

«Ну что мне с тобой делать? — посетовал маг. — Как удержать твое внимание и заставить слушать?»

Я обернулся и жестом подозвал мальчишку, разносившего вино. Тот поспешно подошел, наполнил кубок мага и поинтересовался, не подать ли что-то для меня. Он обращался ко мне с поразительным почтением, даже с большим, чем к Зурвану, и я не сразу догадался, что причиной тому мой вавилонский облик: обильно украшенная драгоценными камнями и вышивкой одежда, аккуратно подстриженные волосы и борода.

Я сказал мальчику, что мне ничего не нужно, и хотел вознаградить его, но у меня не было денег. Тут я заметил на столе несколько серебряных сиклей и отдал ребенку. Он отошел от стола.

Зурван сидел, подперев голову руками, и молча наблюдал за мной.

«Да, кажется, я понимаю…» — проговорил он.

«Что именно?» — спросил я.

«Ты независим от рождения и никому не станешь подчиняться. Весь ханаанский ритуал, описанный в табличке…»

«Тебе обязательно вспоминать об этой отвратительной табличке?» — снова перебил я мага.