Как там сказано у кого-то из великих? Кажется, это звучит так: «Там, где ты ничего не можешь, там ты ничего не должен желать».

— Удачи! — сказал Хранитель. — Я буду тебя ждать.

Не оборачиваясь, Гарг буркнул:

— Я постараюсь…

— Этого достаточно. У тебя еще есть дела.

Да, действительно, у него еще были дела.

Гарг не оглядываясь, двинулся к выходу из хранилища знаний.

Дела. И их надо было сделать. Прежде чем упадет последняя песчинка в его самодельном устройстве, там, в реальном мире.

Одежда оказалась не совсем по размеру, но тут уж ничего поделать было нельзя. Не станешь же прямо на поле боя устраивать примерочное ателье? В общем, пришлось надеть то, что попалось под руку.

Антон вообще был против того, чтобы переодеваться в одежду преследователей.

Не было у них формы, такой, какую, к примеру, могли себе позволить матросы белого корабля. Оружие и одежда у них была тоже набрана с бору по сосенке. Однако Дядюшка-волк сказал, что им необходимо хоть как-то изменить свой облик. Многие преследователи видели их в драке и теперь могут опознать. А вот если они сменят одежду, тут и появится шанс проскользнуть незаметно.

Возможно, он был прав, возможно — нет. В серьезной драке не до внимательного разглядывания лица противника. В ней лишь бы только завалить его и самому остаться в живых. А непривычная одежда сковывает движения, и если дойдет до схватки… Хотя, может, Дядюшка и прав? Кто знает, как там получится, что их спасет, а что погубит?

Они переоделись, вышли из кустов и как ни в чем не бывало двинулись к капсуле. Первые же попавшиеся им преследователи встретили их настороженными взглядами. Однако напарники вели себя настолько естественно, что ни один из врагов не задал им ни вопроса.

Вот и отлично.

Старательно делая вид, будто проверяют, действительно ли мертвы павшие в битве ящеры, а также будто ищут их снаряжение, друзья не спеша передвигались по бывшему полю боя в сторону спасательной капсулы.

— Ты хорошо все запомнил? — тихо спросил Дядюшка-волк. — Сумеешь, если вдруг понадобится, все проделать сам?

— Конечно, запомнил, — заверил его Антон. — Все, до мелочей. А ты… Не собираешься ли ты улизнуть?

— Нет. Мне вдруг пришло в голову, что если нам придется пробиваться с боем…

— Ага. Вот как? В таком случае, дай-ка я у тебя в свою очередь спрошу, хорошо ли ты запомнил наставления нашего хвостатого нанимателя. Вдруг…

— Ладно, — промолвил Дядюшка-волк. — Не будем об этом.

— Согласен, не будем.

Возле оврага, в котором сгорела чуть ли не половина ящеров, они невольно остановились.

— Как думаешь, — спросил Дядюшка-волк. — Чем все-таки был так важен для них беглец, ради которого они спустились на эту планету?

— Я уже говорил, что ничего ценного рядом с ним я не заметил, — ответил Волчонок. — Возможно, он что-то знал? Что именно, сейчас уже установить нельзя.

— Надо было все-таки поинтересоваться у Аркаса.

— Это не наше дело. Не стоит без спросу совать нос в тайны своих нанимателей.

— И это верно, — вздохнул Дядюшка. — Но все-таки… Мне кажется, это нечто любопытное и если нам удастся узнать их тайну…

— То мы лопнем от жадности, — подсказал Антон.

— Или получим нечто очень ценное.

— Тебе все еще мало? Это после того, как ты потребовал с ящеров не просто царскую, а немыслимую плату?

— Которую они, не моргнув глазом, пообещали. Ни на мгновение не встревожившись. Конечно, положение у них просто катастрофическое, но ведь они даже не попытались торговаться.

— Сам сказал, положение у них ужасное.

— А может, они просто хорошо знают, что чего стоит?

— В каком смысле?

— Вещи всего лишь вещи. Два десятка предметов, пусть даже и наделенных чудесными свойствами, погоды не сделают. Они могут обогатить нас.

— А могут и нет?

— Их могут у нас, например, отнять.

— Мы будем их защищать, причем яростно.

— Могут, могут. В общем, случается и не такое. Я говорю о предметах, которые мы должны получить от ящеров, если сумеем спасти их корабль.

— А есть и другие?

— Есть, — подтвердил Дядюшка-волк. — Знания. Их у нас отнять не сможет никто.

— Так кто тебе запрещал просить у них знания? Так ли это трудно?

— Просить в качестве платы нужно то, что тебе могут дать. Понимаешь, о чем я?