– Извините меня, миссис Фармер, – обратился к актрисе комиссар, – я просил бы вас не подниматься наверх, а задержаться на несколько минут внизу.

– Почему? – недовольно спросила Кэтрин. – Вы все еще пытаетесь нас преследовать, господа детективы? Или до сих пор подозреваете Энрико в каких-то грехах? Думаете, он по-прежнему не платит налогов?

Вилари нахмурился, но ничего не произнес. Комиссар и Дронго переглянулись. У этого парня было слишком много проблем.

– Будет гораздо лучше, если вы не станете говорить так громко и пройдете с нами, – вставил Дронго, – поверьте мне, миссис Фармер, это прежде всего в ваших интересах.

– И не подумаю, – вскинула голову Кэтрин.

Она была в синей куртке, под которой виднелся темный пиджак. Именно в нем Дронго видел ее утром. В руках актриса держала черные очки. Очевидно, она надевала их во время визита в Фаро, чтобы ее не узнали.

– До свидания, господа, – громко сказала Кэтрин, – если хотите, я вызову своих адвокатов, чтобы они с вами поговорили. Или сотрудников полиции, если вы будете к нам приставать.

Она взяла Энрико под руку, собираясь уйти, когда Брюлей неспешно произнес:

– Полицейские уже ждут вас наверху, миссис Фармер. В отеле произошло убийство…

– Что? – Кэтрин повернулась. Взглянула на комиссара, затем на Дронго. Посмотрела на Энрико, стоявшего рядом с ней. И снова на комиссара. – Какое убийство? – спросила она, и у нее дрогнули губы. Если она притворялась, то играла замечательно. Впрочем, по-другому и быть не могло. Она была очень хорошей актрисой.

Вилари выглядел хмурым и несколько растерянным. Казалось, он пытался понять, о чем идет речь.

– Прошу вас, давайте присядем, – предложил комиссар и, повернувшись, направился к дивану, стоявшему рядом с несколькими креслами, уже не сомневаясь, что его собеседники последуют за ним.

Ошеломленная актриса и ее супруг, держась за руки, действительно двинулись вслед за широкой спиной комиссара, как зачарованные. Дронго присоединился к ним, и они вчетвером расселись в холле. Комиссар достал трубку, с ненавистью посмотрел вокруг и начал решительно набивать ее табаком, собираясь закурить в запретной для курения зоне.

– Что… что случилось? – нервно спросила Кэтрин.

– Где вы были? – спросил Брюлей.

– Мы должны вам отвечать? – разозлилась миссис Фармер. – Может, вы, наконец, объясните, что здесь происходит?

– Сначала ответьте на мой вопрос.

– Мы ездили в Фаро. Хотели узнать в аэропорту, когда можно будет улететь в Лондон. Заодно там пообедали.

– О рейсах на Лондон вы могли узнать по телефону.

– Могли. Но нам так захотелось. К тому же мы решили немного развеяться. Послушайте, я не понимаю, почему я должна отвечать на ваши вопросы!

Брюлей взглянул на Дронго, словно давая ему возможность вступить в беседу.

– Ваша визажистка Луиза и супруга вашего дяди были знакомы раньше или познакомились только здесь? – спросил Дронго.

– Хватит, – вмешался Вилари, – кто вы такие? Мы уходим. Про какое убийство вы говорите?

Дальше молчать не имело смысла.

– Сегодня утром в отеле была убита жена вашего дяди Сильвия Фармер, – сообщил Дронго.

Комиссар сунул трубку в рот и чиркнул спичкой, хотя поблизости не было ни одной пепельницы. Здесь вообще нельзя было курить.

– Нет, – произнесла потрясенная Кэтрин. Она снова взглянула на Вилари и сжала ему руку: – Нет, нет. Такого не может быть. Нет.

Ее муж сохранил гораздо больше хладнокровия. Он лишь еще больше сдвинул брови.

– Мы тут ни при чем, нас здесь не было, – сказал Энрико, – и вообще, мы уехали еще до того, как ее застрелили.

Кэтрин смотрела на всех троих мужчин расширенными от ужаса глазами. Бедняжка была почти в состоянии шока.

– Кто… как… где Джеймс? Что с ними случилось? – попыталась выдавить Кэтрин.

– Успокойтесь, – посоветовал комиссар. Он увидел, как Жозе Монтейру спешит к ним, чтобы напомнить комиссару о запрете на курение в холле. Но, столкнувшись со взглядом Брюлея, несчастный портье счел за лучшее ретироваться.

– Сильвию застрелили, – пояснил Дронго, – сегодня утром, когда вы уехали в Фаро.

– Кто это сделал? – быстро спросил Вилари. – Его арестовали?

– Полиция ищет убийцу, – ответил Дронго.

– Здесь, – удивился Энрико, – здесь ее убили? Вокруг столько охранников, повсюду стоят камеры.