Шрифт:
– Ай лив ин Нью-Йорк и Чикаго мэйби, — услышал я ответ. Не выходя из образа, Андрюха свернулся на заднем сиденье и погрузился в сон.
– Калинина 11, в студгородок! — сообщил я таксисту.
Мягко шурша шинами, такси повлекло нас по пустым улицам. Я открыл окно и подставил лицо утренней прохладе. Сегодня на пары мы с Андрюхой опять не попадали.
Эпизод 10: «Подлый Онищенко»
Как обычно в пятницу вечером в общаге слегка подвыпивший я сидел в компании знакомых девушек и пел под гитару.
– Я не буду с неба звёзд срывать…облака на нитках приводить…только буду губы целовать, только буду я тебя люби-и-ить, — последнюю высокую ноту я тянул несколько секунд, продолжая перебирать пальцами струны и медленно обводя глазами собравшихся студенток. Мой взгляд остановился на Свете.
Несколько секунд мы смотрели друг на друга, и вдруг по щеке её скользнула слеза, потом ещё одна, Света порывисто вскочила и, разрыдавшись, выбежала из комнаты.
– Чего это с ней? — удивлённо обратился я к собравшимся.
– Ну, и дурак же ты, Паша, — Наташа, её лучшая подруга, встала и вышла вслед за Светой.
– Да что случилось-то? — я был поражён неожиданным эффектом своего стандартного лирического боевика.
– Да, ладно, не обращай внимания! Сыграй «Она не вышла замуж» лучше! — попросила толстая Марина, разливая вино по пластиковым стаканчикам. Однако после неожиданного инцидента петь расхотелось. Со Светой мы дружили ещё с первого курса, и я чувствовал неловко из-за того, что возможно невольно стал причиной её слез.
Началась наша дружба с моей неудачной попытки подкатить с цветами и шампанским. Копна каштановых волос, зелёные глаза, приятная улыбка и женственная фигура Светы сразу произвели на меня приятное впечатление. Однако усилия были тщетны. Девушка деликатно дала понять, что предпочитает видеть меня в роли друга. Повздыхав, я выпил шампанское в одно лицо и смирился.
В общем-то, дружить оказалось тоже неплохо. Я делился рассказами о безуспешных ухаживаниях за другими девушками, регулярно приходил в гости к ней и её соседке Юле на предмет подкормиться чаем с плюшками и изредка оказывал помощь там, где требовалось что-нибудь поднять, донести, приколотить или починить.
Ну…как «оказывал помощь» …По правде, для починки я обычно приводил с собой Мишу или Толика, так как сам с детства обладал исключительной кривизной рук и полной неспособностью к инженерному мышлению.
В общем, казалось, мы отлично ладили, поэтому я был немного обескуражен сегодняшним инцидентом и отправился выяснить подоплеку. По дороге в блок своего «девушкодруга» я встретил возвращавшуюся Наташу.
– Паша, ты, что, совсем дерево? — начала она с места в карьер.
– Да объясни ты в чем дело! В чем я провинился? — развел я руками, сложив пальцы в сложном жесте растерянности и возмущения.
– Блин, ну вы мужики-и-и… Девчонка по нему сохнет, а он не видит! — лицо Наташи выражало искреннее возмущение.
– Э… Кто сохнет? — вид у меня в этот момент был, наверно и вправду глупый.
– Кто, кто. Вахтёрша Ксения Марковна, вот кто! — саркастически сморщилась Наталья. — Светка, конечно!
– Но ведь она… мы же это… друзья, типа, — я даже и не знал, как воспринимать свалившуюся на меня информацию. — А ты это точно знаешь?
– Да она мне все уши уже прожужжала тобой. А-а-а! — Наташа раздраженно махнула рукой. — Разбирайтесь сами, короче…
Подруга моего бывшего «друга» Светы ушла допивать «Медвежью кровь» на пати, а я отправился к Толику и Роме обсудить новые обстоятельства.
– СЕ-Е-ЕКС! — завопил Рома, извиваясь самым пошлым образом. — Ну, и что, что друг! Между друзьями такое случается! Хыхыхы!
– Поздравляю, Пашка, — не совсем искренне произнёс Толик. — Эх, обошёл ты меня. Ну, что ж, иди, пригласи ее, что ли куда-нибудь. И это — с тебя пузырь!
– Да рано ещё, — отреагировал я, глупо улыбаясь до ушей.
Поразмыслив над ситуацией, я решил, что мои изначальные чувства к Свете были вполне онозначные, так что перестроиться не станет проблемой. Вечером я занял у моего вечного кредитора Миши пятнадцать рублей. Расправил особым образом носки на ногах (чтобы не было видно дырок). Погладил футболку, и, побрызгавшись одеколоном Толика, направился в блок, где проживали Света и Юля. Дверь открыла Юля.
– О, явился! — в глазах её мелькали насмешливые искорки. Судя по всему, в женском лагере ситуация тоже обсуждалась, и мой приход не стал неожиданностью.