— Лидо, ты жив, — прохрипела Сиелла и отстранила руку целителя. — Спасибо, дальше я сама. Займись Марионом.

— Чудо, — прошептал целитель, помогая ей подняться с земли, — я не надеялся остаться в живых.

— Еще ничего не кончено, — возразила магистр. — Вернись к Мариону, приведи его в сознание, мы должны восстановить наши силы.

Сиелла сжала в кулаке магистерский амулет — сапфир размером с перепелиное яйцо, ограненный в виде капли воды. Сила неспешно потекла в нее, наполняя спокойствием и уверенностью.

— Си, можешь помочь мне? — донесся откуда-то издали голос магистра огневиков.

Магесса открыла глаза. В паре метров от нее хмурый Вариор и рыдающая Шелли склонились над неподвижным телом.

— Петер! — охнула Сиелла и бросилась к ним. — Что с ним? Почему он до сих пор не пришел в себя?

Оказавшись рядом с ними, она увидела багряное пятно на его некогда белоснежной рубашке. Кровь продолжала сочиться из раны, собиралась в лужу под его поясницей и понемногу впитывалась в землю.

— Помогите ему! Он умирает!

Магистр ордена Огня покачал головой:

— Он в трансе. Если мы сейчас займемся его раной, он может и не выйти из такого состояния… Тот, кто вытащил его из земли, прекрасно это знал, поэтому лишь растворил пробивший живот корень и слегка заморозил рану.

— Тот, кто вытащил?.. О чем ты, Вариор? Разве это не ты?

— Не я, но не об этом сейчас речь. Ты можешь поговорить с Петером, чтобы он вернулся.

От внезапности этих слов магесса невольно сделала шаг назад.

— Почему я, Вариор? У него есть хранители!

— Шелли пыталась, но безуспешно. Из такого транса, если кто и выведет Петера, так человек, к которому он неравнодушен.

Магистры вцепились друг в друга взглядами. Синие глаза, сверкающие гневом, и черные, полные вызова и сочувствия, вели молчаливую дуэль. Запорошенное смуглое лицо Вариора стало еще темней, а рваный шрам на левой щеке наоборот побелел.

Сиелла первой отвела взгляд и зарделась от смущения.

— Но как ты узнал? Мы ведь так осторожничали!

— Любовь и кашель не скроешь, — пряча улыбку, молвил Вариор. — Ценю, что ты не стала опираться… Поспеши, Си, у нас мало времени.

Магесса опустилась на землю и прислонилась спиной к дубу. Целители осторожно переместили раненного магистра ближе, чтобы его голова легла Сиелле на колени.

Под глазами Петера залегли тени. Двухдневная темная щетина на скуластом лице резко контрастировала с мертвенной бледностью. Магистр Воды положила руку на грудь — его сердце едва слышно билось. Закрыв глаза, Сиелла соскользнула во тьму.

— А я ведь два года гадал, кто ее новый сердечный друг. Даже грешил на Мариона, — разочарованно молвил подошедший к целителям Альберт. — Ну, а тебе хватило пары взглядов, чтобы обнаружить преступное чувство. Хм, интересный вопрос будем рассматривать на следующей встрече.

Вариор с досадой встряхнул иссиня-черными волосами.

— Аль, сейчас не время и не место обсуждать чужие чувства. Хоть на время забудь, что ты Верховный маг Дюжины и не ищи преступление там, где его нет.

— Тебе напомнить Кодекс магистра? «Отказ от семьи, длительных связей и любых сильных привязанностей». Продолжить, Вариор?

— Хорошо, Аль, ты прав. Но степень вины будем определять не сейчас, — примирительно произнес магистр Огня и, чтобы перевести разговор на другое, поинтересовался: — Как твои хранители? Ничего серьезного?

Альберт, словно что-то вспомнив, переменился в лице.

— Мне нужна помощь Марка — исчезла Вейра.

— Ее нет на поверхности? Вы хорошо искали? Марк, подойди!

Низенький темноволосый следопыт ордена Огня прервал разговор с другим хранителем и подошел к магистрам. Лишь он без особых затрат силы и времени мог найти пропавшую магессу.

— Попытайся обнаружить Вейру. Возможно, она все еще под землей.

Вариор сочувственно посмотрел на магистра Земли. Если девушка осталась погребенной, она, скорее всего уже мертва. Но почему неизвестный спаситель вытащил из-под земли всех, кроме нее? Кажется, Вариор знал ответ.

Марк направился в сторону Врат. Вариор, Альберт и все хранители Дюжины последовали за ним. Не доходя до стены несколько метров, ищущий стал на колени и стал лихорадочно рыть руками рыхлую землю. Альберт глухо застонал и взмахнул рукой, «сметая» насыпь.