— Трудно поверить, что я тебя не помню, — говорю я. — Вот только во время побега из Тюрьмы что-то промелькнуло. Другая тюрьма, на Земле. Я читал книгу…

— Это была наша первая встреча, — поясняет она. — Тогда ты был просто уличным бандитом в большом городе, еще не отряхнувшим с ног песок пустыни. Таким грубым и таким отважным. А посмотри на себя сейчас. Настоящий бриллиант. Или скоро им станешь. А потом… — Она улыбается. — Потом ты сможешь отблагодарить меня надлежащим образом.

— Ты ведь слышала, что я говорил Миели, верно? — спрашиваю я. — Я не одобряю ваших игр с криптархами.

Она машет рукой.

— Чепуха. Жан, ты абсолютно ничегоне знаешь о том, что тут происходит на самом деле. Они неплохо потрудились. Ублиетт функционирует.Все здесь счастливы. Даже ты,когда жил здесь в прошлый раз, тоже был счастлив. — Она смотрит на меня с какой-то неприязнью. — Я думаю, твой идеализм обусловлен не столько политикой, сколько желанием произвести впечатление на эту веснушчатую сучку.

— Тюрьма — это тюрьма, даже если ты об этом не догадываешься, — отвечаю я. — А у меня проблемы с тюрьмами.

— Бедняжка. Я все понимаю.

— А знаешь, в чем еще моя проблема? Я не держу обещаний. — Я невольно сглатываю. — Я знаю, что многим тебе обязан. И верну долг, несмотря ни на что. Но я не отступлю от своего слова даже ради тебя.

— И как же ты собираешься сдержать свое обещание, мой маленький принц-цветок?

— Для начала я обещал быть хорошим мальчиком. И поэтому намерен дать себя арестовать.

— Что?

— Помнишь ку-паука, которого я выращивал? Устройство для похищения времени? Так вот, я создал два таких прибора. — Я смотрю на свои Часы. — Эта уловка не сработала с Миели: должен заметить, она знает меня лучше, чем ты. А ты оказалась более восприимчивой к некоторым… отвлекающим моментам. Ты должна была видеть, как я пытался ее очаровать прошлой ночью, хотя и безрезультатно. В отличие от тебя. Твое Время подходит к концу.

Мои глаза даже не улавливают ее стремительного движения. Ее колено больно давит мне на живот. Руки смыкаются на горле. Лицо застыло в неподвижной маске ярости. Я едва дышу. Но вижу, что стрелка ее Часов приближается к нулю…

— Я тебя!.. — вопит она.

Ее Часы негромко звякают. И она превращается в неподвижную черную статую. Что бы ни говорили о технологиях Ублиетта, временный гевулот, предоставляемый посетителям, работает отлично, ничуть не хуже боевого утилитарного тумана. Человек не переходит в состояние Спокойного, но оказывается отрезанным от окружающего мира, все его жизненные процессы замирают. Хватка на моей шее ослабевает, и она падает на кровать крылатой статуей из черного мрамора.

Я принимаю душ и одеваюсь, не переставая тихонько насвистывать. В вестибюле отеля я приветствую чиновника иммиграционной службы, сопровождаемого парой огромных Спокойных: мне нравится, когда гражданские власти так эффективно выполняют свои обязанности.

Ожидается прекрасный солнечный день. Я надеваю очки с синими линзами и отправляюсь на поиски Раймонды.

Я посылаю Раймонде разделенное воспоминание с приглашением встретиться на нашем месте в Монгольфьевиле. Ответ приходит быстро: она придет. Через Лабиринт я иду под прикрытием гевулота и надеюсь, что новое воспоминание, созданное «Перхонен» для противодействия криптархам, будет работать, как и задумано.

Раймонда уже сидит на скамейке со стаканчиком кофе в руке и смотрит на воздушные шары. Увидев, что я один, она удивленно поднимает брови.

— А где твоя оортианская дуэнья? Если ты собираешься устроить романтическое свидание…

— Тише.

Я запускаю ей вирус-воспоминание. Она принимает его и морщит носик. Болезненное выражение на ее лице сменяется изумлением. Отлично. Работает.Единственным побочным эффектом, который я замечаю, является стойкий неприятный запах.

— Что за дьявольщина? — Раймонда моргает. — У меня сразу разболелась голова.

С помощью слов и разделенных воспоминаний я посвящаю ее в детали исследования мозга Унру, рассказываю о визите криптарха и о наших с Миели разногласиях, хотя и опускаю некоторые интимные подробности.

— Ты это сделал? — удивляется она. — Никогда бы не поверила…

— Ты можешь поступить с этим вирусом как тебе угодно, — говорю я. — Устроить революцию. Предоставить другим наставникам в качестве оружия. Мне все равно. У меня не так много времени. Как только Миели очнется, она вырубит меня. Если у тебя есть возможность надавить на иммиграционные службы, попроси, пожалуйста, замедлить этот процесс. Сначала мне необходимо разыскать свои тайны.