Приставленные к ним люди, прижавшись сгорбленными спинами к стене огромного, с мягким полом манежа, тревожно наблюдали за тем, как неустанно и целеустремленно младенцы ползут в никуда, устремив немигающий взгляд небесно-голубых глаз в бесконечность…

— Что они делают? — прошептала Тера.

Однако никто из наблюдателей не проронил ни слова. Проявление интереса к происходящим вокруг событиям могло стоить жизни.

Тера умолкла, продолжая глядеть, как ее малышка быстро продвигается вперед. Останавливаясь, она пыталась дотянуться крохотной ручкой до чего-то особенного, видимого только лишь ей одной, а затем вновь начинала свои бесплодные усилия. Серена не думала сдаваться никогда, и Тера в тайне гордилась этим, хотя прекрасно понимала, что это отнюдь не се заслуга.

Судьба Серены живо интересовала девушку: состоять при ней нянькой было несложно и необременительно, и ей хотелось продержаться па этой работе как можно дольше. Но назвать подобное отношение любовью у нее не поворачивался язык. Малышке было уже восемь месяцев, однако по отношению к своей няне она проявляла ничуть не больше интереса, чем к окружающей мебели.

Серена ползла и ползла, описывая десятый, сотый круг по залу. Мышцы ребенка были развиты просто прекрасно, а хватка миниатюрной ручки— изумительно сильна. Прочие младенцы практически не отставали от Серены: они прекрасно выговаривали короткие приказы, а заметив какие-либо признаки неповиновения со стороны людей, начинали бить, причем очень сильно.

«Долго ли я буду оставаться при этом маленьком монстре? — думала порой Тера.— Судя по всему, не очень… А что ожидает меня потом… Об этом не стоит и задумываться».

Ясли Инфильтраторов, 2025 г.

Серена сидела на металлическом столе, покрытом тонкой тканью, и внимательно слушала женщину в белом халате. Девочка забавно скрестила ноги и положила пухленькие ручки себе на колени.

— Сегодня начинается очень важный этап твоего развития, Серена,— говорила женщина холодным, лишенным каких бы то ни было эмоций голосом, глядя на девочку так, точно перед нею находился самый обыкновенный биологический материал для исследования. Говоря по совести, так оно и было на самом деле.— Сейчас ты почувствуешь сильную боль. Анальгезия — это только излишняя помеха процессу. Сегодня тебе очень пригодятся освоенные в прошлом семестре дыхательные и медитативные упражнения.

«Я буду с тобой,— шепнула СкайНет прямо в сознание девочки.— Не бойся!»

Серена даже не сомневалась, что СкайНет постоянно присутствует в ее естестве, последовательно фиксируя каждое мгновение ее жизни. Предстоящая процедура являлась своеобразным экзаменом прошедшего обучения, а поскольку любой образовательный процесс рано или поздно предполагал неминуемую оценку накопленных знаний, то электронный разум девочки абсолютно не противился происходящему.

Серена и ее собратья, конечно, обладали способностью испытывать эмоции, но сила их эмоций была лимитирована искусственно созданными биологически активными веществами; компьютерные части ее разума тщательно регулировали работу желез внутренней секреции и порой успокаивали чрезмерно возбудившийся участок мозга слабым электрическим разрядом. Девочка никогда не злилась, никогда не радовалась, пребывая в комфортном состоянии внутреннего спокойствия. Она не испытывала к СкайНет даже подобия любви, хотя вся ее жизнь была посвящена служению этому высшему разуму. Несмотря на отсутствие формального удовольствия от проделываемой работы, Серена понимала важность своего предназначения, а этого оказывалось вполне достаточно.

Процедура, которая ожидала ее впереди, была опробована уже на десятках ее предшественников. Ни один из испытуемых объектов так и не выжил. Однако девочка отдавала себе отчет, что неудачные результаты тестов вносили свои коррективы в идеально построенные методики экспериментов, поэтому каждая последующая процедура была все более и более совершенна.

— Эксперимент займет в общей сложности около шести недель,— продолжала женщина в халате.— Затем последует период естественного развития, продолжительностью еще в четыре года, а после этого — окончательный сеанс акселерации.— Женщина аккудатно взяла длинную иглу и поднесла ее к металлическому шунту, вживленному в плечо девочки хирургическим путем.—-Ты готова?

Серена кивнула. Из опыта общения с людьми она давно уяснила, что подобные вопросы должны непременно подкрепляться проявлением внимания со стороны оппонента. В противном случае эти живые существа начинали испытывать неприязнь и раздражение.

Введя острие иглы, женщина продолжила:

— Ляг и постарайся оставаться в сознании как можно дольше.

Облепив тельце девочки множеством датчиков, экспериментатор нажала большую красную кнопку, и из металлического стола выскочили стальные прутья клетки, обшитые мягкой тканью, которые мгновенно сомкнулись вокруг тела Серены.

Современная электроника, вживленная в биологическое тело человека, помогала Серене сохранять полное спокойствие. Происходящие события интересовали девочку лишь с интеллектуальной точки зрения. Эмоциональный компонент сознания удалось отключить на девяносто пять процентов. По этой причине Серена хладнокровно разглядывала прутья клетки, а ее лицо сохраняло выражение абсолютной отстраненности. Бесстрастие, которое воспитывалось в ней с самых первых мгновений жизни, сейчас оказалось как нельзя более впору; даже лишенная компьютерной части своего существа, Серена продолжала бы оставаться не по-человечески равнодушной.

Прошедшие четыре года девочка интенсивно училась. Сейчас она уже умела читать, считать и обладала кое-какими базовыми научными познаниями. СкайНет сообщила девочке, что намеченная процедура поможет ей оптимизировать свое обучение, выведя его на качественно новый уровень; по этой причине Серена страстно желала, чтобы эксперимент наконец-то удался. Чувства досады и разочарования до сих пор являлись абсолютно недоступными ее сознанию; однако теперь СкайНет рассудила, что они послужат дополнительным стимулом к ее развитию. Поддержание целеустремленности в живом существе, совершенно лишенном эмоций, было очень непростой задачей.