Артуро неодобрительно посмотрел на Джека и охладил его пыл.

— Подожди минутку, Джек. У меня нет номера Лиз, и так поздно в редакции наверняка уже никого нет. Скорее всего там автоответчик или вообще тишина. Давай я позвоню им прямо с утра.

Джек заставил Артуро подняться на ноги и подтолкнул к выходу.

— Нет-нет-нет. Позвони им сейчас, немедленно. У меня очень хорошее предчувствие, — с ликованием произнес Джек, размахивая руками. — Звони сейчас. Прямо сейчас.

Гермиона уронила тост на маленький поднос и проводила Артуро взглядом. Он вышел в фойе и направился к телефону-автомату. Гермиона повернулась к Джеку.

— Совсем ты беднягу загонял.

Джек расхохотался.

— Брось, ему это нравится. И тебе тоже.

Гермиона слегка покраснела.

— Я вот что хотела у тебя спросить, Джек, пока мы одни. Когда я буду разговаривать с Лиз Чэпмен, может, ты бы хотел, чтобы я кое-что держала в секрете?

Джек состроил гримасу. С чего бы начать?

Хотя кроме Лиз на ее остановке никто не вышел, она невольно оглянулась и напрягла слух, надеясь различить странные звуки и эхо преследующих ее шагов на знакомой улице. От неприятного ощущения в животе было невозможно избавиться, и это ее все сильнее злило. Последние сто ярдов по Балморал Террас окончательно ее добили. Еще капля адреналина в кровь, и Лиз подозревала, что просто взорвется.

Только бы добраться до дома, а там все будет в порядке. Никогда еще она не была так рада увидеть фонарь перед своей входной дверью. С того самого момента, как Лиз сошла с электрички, она сжимала ключ в кулаке в кармане куртки. Так, чтобы подстраховаться. Лиз молила бога, чтобы ключ легко проскользнул в скважину и повернулся без труда. Дверь распахнулась не столько с протестующим шепотом, сколько со вздохом облегчения.

Оказавшись в доме и наглухо заперев дверь, Лиз прислонилась к деревянному косяку с бешено бьющимся сердцем. Ощущение, что наконец-то она достигла безопасной гавани, нахлынуло на нее огромной прохладной волной. В маленьком доме было тихо, спокойно, горел верхний свет. Здесь пахло цветочной отдушкой и антисептиком, котами и маленькими мальчиками. Она глубоко вздохнула, привела в порядок мысли и попыталась говорить нормальным голосом:

— Привет, ребята. Это всего лишь я.

Почти в тот же момент в дверях гостиной появилась Клер — будто вскочила на ноги. У нее было такое выражение лица, словно Лиз поймала ее с поличным.

— О, привет, — произнесла она, пожалуй, слишком поспешно и уж точно преувеличенно бодро. — Как прошел урок? Ты в порядке? У тебя странный вид.

Лиз вздохнула и повесила сумку на вешалку в прихожей. Все ее ощущения обострились, и она почувствовала — что-то не так, и, что бы это ни было, Клер не удалось это скрыть.

— И не только у меня. Чем это вы тут занимаетесь?

Лицо Клер стало пунцовым.

— О боже, я должна была знать, что ты поймешь, дело в том, что мы с Майком…

Лиз почувствовала, что ее сердце провалилось в диафрагму и приготовилась услышать самое худшее.

— Извини, Лиз, — сказала Клер, — но…

Лиз поморщилась. Что они задумали? Неужели обручились? Или переспали? Может, Клер беременна? Только не это. Она сделала вид, что внимательно изучает содержимое своей сумки.

— …понимаешь, мы напутали с записью… Эта программа, «Вокруг искусства». Не знаю, как это произошло, правда, я была уверена, что мы все правильно сделали… Короче, почему-то записалась программа об орангутангах-сиротах в Борнео. Мне очень жаль.

Лиз покачала головой. Ее переполняла смесь радости, облегчения и восторга и тысячи промежуточных оттенков эмоций.

— Ничего страшного, — ответила она с облегчением. — Честно. Это не так уж важно. Я пойду и поставлю чайник. Хотите чаю, кофе? Я умираю от жажды.

Клер не двинулась с места.

— Но мы посмотрели часть программы. «Вокруг искусства».

— Мы?

Клер никак не отреагировала.

— Тебе на самом деле нравится Джек Сандфи или ты просто пытаешься вывести Майка из себя? У него был такой вид, будто он вот-вот воспламенится.

— Вы с Майком смотрели программу о Джеке Сандфи? — медленно произнесла Лиз.

Клер кивнула.

— Угу, точно.

— И?

Клер скорчила рожу.

— Не уверена, что тебе понравится то, что я скажу. Тактичностью я никогда не отличалась.

— Просто скажи, и все. Он тебе не понравился?

В это мгновение рядом с Клер появился Майк. Он слегка покраснел, и вид у него был рассерженный. Подобное выражение лица было очень хорошо знакомо Лиз. Это была одна из причин, по которой она в конце концов ушла от него — не вынесла мысли, что ей придется провести остаток жизни, глядя на его недовольную рожу.