Женщина рассмеялась.

— Вам все мало, да? Недаром Лиз подумала, что вы хороший парень. Подождите, кажется, я где-то его записала.

Лиз взглянула на свое отражение в зеркале заднего вида. На нее пристально смотрели выразительные серые глаза, окруженные размытой дымкой коричневой подводки и темными густыми ресницами. Она шаловливо подмигнула. Поездка в Холлгейт прошла без происшествий; к счастью, на дороге не было пробок. Она дрожала от нервного возбуждения, но, несмотря на это, выглядела хорошо и чувствовала себя прекрасно. Единственная проблема была в том, что Лиз приехала слишком рано, намного раньше назначенного времени, и ей уже не нужно было обдумывать, взвешивать и расставлять по полочкам все возможности и обстоятельства.

В ста ярдах от конца дорожки, где была припаркована ее машина, за густыми деревьями стоял старый монастырский дом. Дорога была в рытвинах и заросла сорняками. Все, что происходило в доме, было скрыто от любопытных глаз плотным кольцом разросшейся живой изгороди. Единственное, что можно было ясно различить с подъездной дорожки, — скат крыши и впечатляющую готическую башню, освещенную снопом солнечного света на фоне конского каштана и нависшей кроны медного бука. Единственное окно, которое она видела, казалось, следит за ней, словно вороний глаз.

Лиз прокляла свое слишком богатое воображение и вынула из сумочки затертый почти до дыр каталог выставки Джека Сандфи — счастливый талисман, который она приберегла еще со времен первого интервью. Перечитывая биографические заметки, Лиз вдруг задумалась: почему она не попросила Джека дать ей автограф? Может, потому, что боялась показаться бесцеремонной или даже нахальной? Или надеялась, что они еще увидятся? Что случайная встреча перерастет в дружбу, а может, и в любовь? Отгоняя эти мысли, Лиз порылась в сумочке в поисках мятных конфет. Зря она приехала так рано.

Над монастырским домом и окружающим его садом висела благородная и немного пугающая аура разложения; дом напоминал сказочный замок. Было очень легко представить Морвенну, блуждающую вокруг и внутри замка, словно привидение, заточенное темными чарами, но намного сложнее было вообразить, что здесь живет Джек. Лиз показалось, что Джек — гораздо более жизнерадостная натура, чем можно было бы предположить, взглянув на его жену и окружение. Может, поэтому ему и нужна квартира в Норвиче? Может, это вовсе не любовное гнездышко, а просто более светлая, уютная и гостеприимная обитель?

Лиз взглянула на часы на приборной доске. До назначенного времени оставалось почти двадцать пять минут. Хватит ей времени, чтобы отыскать какой-нибудь паб и выпить кофе? Может, лучше проехаться по окрестностям, найти тихий укромный уголок и почитать каталог или купить газету и… Мысль прервалась и исчезла: Лиз вдруг поняла, что за ней наблюдают. У нее возникло отчетливое ощущение «дежа вю», и она задрожала всем телом от накатившего мрачного предчувствия.

Из просвета в живой изгороди выступила Морвенна Пирс. Она таилась в тени, сидела в засаде или скрывалась, Лиз уже не хотелось думать, что именно она там делала. На голове у стройной рыжеволосой красавицы была соломенная шляпа. Она улыбалась, но лицо от этого не становилось теплее, не говоря уж о том, что улыбка эта действовала Лиз на нервы.

— Доброе утро, мисс Чэпмен, вам так не терпится поскорее начать, не так ли? Ждете не дождетесь, когда увидитесь с ним снова? Как трогательно. Надеюсь, во второй раз он вас не разочарует.

Лиз на сантиметр приспустила окно в машине.

— Здравствуйте, Морвенна. Я не знала, сколько времени займет дорога. Не беспокойтесь, — в ее голосе послышалась напускная веселость. — Теперь я знаю, где ваш дом; пойду найду какое-нибудь кафе, чтобы убить время до обеда.

Ее слова не произвели на Морвенну никакого впечатления.

— В Холлгейте нет кафе, ближайшая закусочная на бензоколонке на Норвич-Роуд, — Морвенна замолчала на долю секунды. — Если только вы не питаете слабость к водителям грузовиков.

Лиз почувствовала, что краснеет от смущения и злости.

Морвенна продолжала:

— Уверена, вам будет приятно слышать, что Джек весь как на иголках.

Лиз покраснела еще сильнее.

— Поэтому, думаю, для всех заинтересованных сторон будет лучше, если вы просто войдете в дом и проведете это проклятое интервью как можно скорее, избавив нас от страданий. Мы всего лишь хотим жить нормальной жизнью, мисс Чэпмен.

Ее слова были чудовищно определенны.

Лиз крепко сжала руль и попыталась утихомирить взбешенный адреналином пульс.

— Разумеется. Мне нужно еще несколько минут, чтобы подготовиться.

Морвенна кивнула и повернулась, указав на ржавеющие ворота из кованого железа в дальнем конце дорожки. Они были открыты, прутья и резьбу оплетали лианы, побеги высохшей мертвой травы и ежевики. Это усиливало впечатление зловещего запустения.

— Проезжайте в ворота и паркуйтесь под елями у главного здания. Потом я провожу вас к Джеку. Он уже ждет вас в летнем домике; может, это судьба, что вы приехали так рано?