Его датчики сканировали пространство далеко вперед, хотя в этом не было необходимости. Он знал, что на

Корлано нет серьезной защиты. Он не предвидел каких-либо трудностей.

Кто решится посадить льва на цепь?

Он вышел на курс к Корлано и привел все системы вооружения в полную готовность.

Уэйд Келман почувствовал беспокойство, как только открыт глаза. Он перевел взгляд на Макфарланда и Дорфи.

— Вы позволили мне спать, когда преследовали этот утиль, подбирались к нему, зацепляли его? Вы понимаете, сколько времени потеряно?

— Тебе был нужен отдых,— ответил Дорфи, маленький смуглый мужчина, глядя в сторону.

— Черт побери! Вы знали, что я буду против!

— Это может кое-что стоить, Уэйд,— заметил МакФарланд.

— Это контрабандный рейс, а не сбор утиля. Важно время.

— Ну, что есть, то есть,— ответил Макфарланд.— Нет смысла спорить о том, что сделано.

Уэйд сдержал резкость. Он мог вести себя только таким образом. Он не был капитаном в обычном смысле слова. Все трое на равных участвовали в этом деле — равные вклады, равный риск. Но он знал, как управлять маленьким кораблем, лучше, чем каждый из них. Это обстоятельство и их уважение к нему восстанавливали рефлекс подчинения как в хорошие, так и в неудачные дни. Если бы они его разбудили и проголосовали за эту операцию, он был бы, видно, против. Однако он знал, что они позаботились бы о нем в случае крайней необходимости.

Он резко кивнул:

— Ну ладно, мы имеем эту штуку. Что бы это могло быть?

— Черт меня побери, если я знаю, Уэйд,— ответил Макфарланд, коренастый светловолосый мужчина со светлыми глазами и искривленным ртом. Он смотрел через шлюз внутрь наскоро причаленного устройства.— Когда мы засекли его, я думал, что это спасательная лодка. Размеры подходящие.

— И?

— Мы просигналили, но ответа не было.

— Ты хочешь сказать, что нарушил молчание в эфире ради этого мусора?

— Но будь это спасательная лодка, на ее борту могли находиться люди, терпящие бедствие.

— Судя по его состоянию, он никак не может быть спасательным судном. Ладно,— вздохнул он.— Ты прав. Продолжай.

— Не было никаких признаков электрической активности.

— И вы бросились за ним в погоню?

Дорфи кивнул.

— И что, он полон сокровищ?

— Я не знаю, чем он полон. Хотя ясно, что это не спасательная лодка.

— Да уж вижу.

Уэйд вглядывался в темноту открытого шлюза. Он взял фонарь у Дорфи, прошел вперед и провел лучом по сторонам. Среди странного оборудования не было помещений для пассажиров.

— Давайте выкинем его,— сказал он.— Не знаю, что там за чепуха внутри, но повреждения налицо. Я сомневаюсь, что эту дрянь стоит тащить куда-либо.

— Держу пари, что профессор могла бы справиться с нашей загадкой,— сказал Дорфи.

— Оставь бедную женщину в покое. В конце концов, она пассажир, а не член команды. Что ей за дело до этой штуки?

— Предположим, только предположим, что это ценное оборудование. Скажем, что-нибудь экспериментальное. Кто-нибудь может купить...

— А предположим, что это замечательная бомба?

Дорфи отпрянул от люка.

— Я не подумал...

— Я сказал первое, что пришло в голову.

— Даже не посмотрев получше?

— Да. Вряд ли ты смог бы выжать что-нибудь из этого.

— Я? Да ты знаешь намного больше о машинах, чем любой из нас.

— Именно поэтому вы разбудили меня, да?

— Ну, раз ты сейчас здесь...

Уэйд вздохнул. Затем медленно кивнул.

— Это может оказаться неразумным, рискованным и совершенно бесполезным делом.

Он посмотрел на экзотическое оборудование внутри.

— Передай мне фонарь.

Он взял фонарь и направил свет через люк.

— Давление держится нормально?

— Ага. Мы налепили заплату на дыру в его корпусе.

— Ну ладно, черт побери.

Уэйд прошел через люк, опустился на колени, наклонился вперед. Он держал фонарь перед собой, поводя им из стороны в сторону. Его беспокойство не проходило. Было что-то очень чужое во всех этих кубах и выпуклостях, в их соединении... И эта ниша...

Он потянулся и постучал по корпусу. Чужой.

— У меня такое чувство, что он не из нашей системы,— сказал он.

Он проник в небольшое открытое пространство. Затем был вынужден наклонить голову и двигаться на четвереньках. Он начал ощупывать все, что попадалось под руки: переключатели, провода, небольшие приборы с неизвестными функциями. Почти все это, казалось, было предназначено для движения по кривым разной формы, вращения, перемещения по направляющим. В конце концов ему пришлось лечь и ползти.

— Я полагаю, большинство из этих устройств — оружие,— сообщил Уэйд после предварительного осмотра.