С грохотом распахнулась дверь гимназии, и из нее вышибло восторженно орущую ватагу школяров, наверное, четвертой или пятой ступени. Подобно стае рыб, они шарахнулись в одну сторону, тут же — в другую, провернулись вихрем вокруг какой-то невидимой оси, не забывая при этом лупить друг-друга портфелями и ранцами, а затем с нечленораздельными воплями устремились на свободу, как раз мимо господина Тупсара.

Ребята! Ребята! — воззвал к пролетающей стае сорванцов господин Тупсар и даже попытался заступить им дорогу, выйдя на середину тротуара с расставленными руками. — Ну, хоть кто-нибудь! Постойте!

Почти вся мелкая рыбешка, проворно уклоняясь от неумелого ловца, лихо просвистела, можно сказать, между пальцами у господина Тупсара. Только одного, сосредоточенно пыхтящего самым последним, толстоватого и поэтому не слишком юркого шалуна удалось зацепить за длинный ремень школьной сумки, которая неудобно висела у него на плече и нещадно била пацана под коленку, мешая ему бежать.

— Ну-у-у! Чив-о-о-о?! — немедленно заныл отловленный.

— Одну минутку, молодой человек! Пожалуйста! — просительно обратился к нему господин Тупсар. — Ты Острихса Глэдди знаешь?

— Ну… — невразумительным междометьем откликнулся мальчишка.

— «Ну» — означает — знаешь? — продолжал допытываться Тупсар.

— Ну! — вновь ответил пострел и, удивляясь непонятливости допросчика, на всякий случай утвердительно кивнул.

— А показать мне его сможешь? — выставил новую задачу соискатель звания короля мороженщиков.

— Не-е-е! — немедленно запел неуклюжий школяр, натягивая ремень за который его удерживали на месте. — Мне некогда! Это старшаки! Их еще минут тридцать ждать надо! Пустите, дяденька!

— А рикстинг заработать хочешь? — перешел на деловой тон господин Тупсар.

На рикстинг пацан среагировал мгновенно и перестал рваться с привязи. Он шмыгнул носом, оценил внешний вид просителя, его автомашину и, с учетом все привходящих обстоятельств, выдвинул встречное предложение:

— Три!

— Что, три? — на всякий случай переспросил господин Тупсар, уже оценивший деловую хватку представителя подрастающего поколения.

— Три рикстинга, дяденька! Целых полчаса ждать, а может, и больше… А мне уроки надо делать! — пояснил свои претензии юный контрагент.

«Так я тебе и поверил, паршивец! Уроки!» — одобрительно подумал про себя господин Тупсар и предложил вымогателю полтора рикстинга. В конце-концов, стороны, каждая удовлетворенная собственной стойкостью, сошлись на рикстинге с тремя четвертаками.

После завершения переговоров мальчишка уже никуда не спешил и, выбив себе четвертак в задаток, охотно удовлетворял, в меру обладания сведениями, любопытство своего нанимателя.

По словам юного информатора Острихс Глэдди был «старшак как старшак, ничего особенного», однако «у своих он, вроде, в авторитете», и еще «Бульдозер с компанией его не трогают, а наоборот…» (что «наоборот» молодой человек не пояснил), а, кроме того, «педели его за что-то шибко уважают».

— А так, — подытожил школяр свой вариант аналитического портрета Острихса, — чел, как чел!

— Хм-м-м… — промычал господин Тупсар.

Его начали одолевать сомнения по поводу разумности замысленного им дела. «Впрочем, что это я? — оборвал он сам себя, — с каких это пор мнение какого-то младенца стало иметь для меня значение?»

— А вот он по радио даже выступал и по телевизору его показывали, знаешь? Это же не каждому школьнику доверят! — все-таки подкинул господин Тупсар тему своему малолетнему собеседнику.

— Га-а-а! — разочаровано протянул тот. — Так это же про лед было! Не, мы, конечно, смотрели! Все-таки из нашей гимназухи чел! А так — лажа! Вот, если б его в кине показали…

— В кино, — механически поправил господин Тупсар и вбросил следующий вопрос, — а сам-то ты, что думаешь по поводу льда? В смысле того, чтобы зимой по озерам гулять?

— Ну, ясный пень, нельзя! Опасно, понимаете? — начал растолковывать непонятливому дядьке элементарные вещи умный мальчик, но был озадачен новым вопросом:

— И ты никогда-никогда на озера зимой не ходил?

Мальчишка, как будто налетев на невидимую стеклянную дверь, задумался на некоторое время, но потом несколько смущенно заулыбался и доверительно сообщил:

— Не-е! Ходили с пацанами позапрошлой зимой! Но с тех пор времени-то сколько прошло! Как мой отец говорит: «тумколка заработала»!

И в качестве иллюстрации к этим своим словам парнишка раскрыл рот, выпучил глаза и, слегка наклонив вихрастую голову, притворно постучал себя костяшками согнутых пальцев по макушке.