— Ладно, думаю, мне лучше сходить вниз и разузнать, что на этот раз расстроило Памелу. — Она умоляюще улыбнулась Рону и прошептала: — Будь добр, присмотри за Томом, ладно?

— Он взрослый человек, Марша.

— Да, но думаю, он уже достаточно выпил, согласен? Сьерра заметила, что как только Марша исчезла с палубы, Рид выбросил овощи в воду и тут же запустил руку в конфискованный у Клэнтона пакет с чипсами.

Предоставленные сами себе, Сьерра и Рон спокойно перекусили вдвоем, ведя тихую беседу о работе, о проблемах с детьми. Том заснул в шезлонге, мальчики в это время толкались на палубе возле водонепроницаемого ящика в поисках игр, которые там хранил Рон. Каролина в ожидании своей подружки сидела, свесив ноги за борт. Когда Памела появилась, на ее лице были видны следы слез.

— Мама говорит, что у нее раскалывается голова, — произнесла она будто назубок выученный текст. Затем взяла тарелку, покорно положила ложечку фруктового салата и присоединилась к Каролине.

Сьерра сошла вниз и обнаружила Маршу, которая раздраженно рылась в дорожной сумке.

— Я знаю, что взяла их, — в отчаянии сказала она. Вытряхнула содержимое сумки на встроенную в переборку судна койку и раскидала все вещи. Затем облегченно вздохнула, схватила маленькую аптечную склянку и открыла крышечку. Извлекла две капсулы, вернула крышку на место и бросила склянку на постель. Потом закинула капсулы в рот и направилась в сторону камбуза. Сьерра услышала шипение газированной минералки, наливаемой в стакан.

— Не знаю, что делать с этой девчонкой, — пожаловалась Марша из камбуза. До слуха Сьерры донесся глухой стук поставленного стакана. — Я пытаюсь всего лишь защитить ее. Дети нередко бывают такими беспощадными к полным и страдающим прыщами сверстникам. — Она вернулась в каюту и села на койку собирать разбросанные вещи обратно в сумку. — Памела понимает все мои слова шиворот-навыворот. Иногда мне кажется, что она намеренно делает это, пытаясь досадить мне. Или же она просто дурочка.

Марша уронила сумку на пол, подалась вперед, уперлась локтями в колени, потирая виски.

— И теперь эта невыносимая головная боль…

— Могу предложить холодный компресс, — сочувственно сказала Сьерра.

— Да, если можно, — согласилась Марша и вытянулась на постели.

Сьерра пошла в камбуз и намочила полотенце.

— Спасибо. — Марша накрыла прохладной тканью глаза и лоб. — Будь добра, передай Тому, что я неважно себя чувствую. По всей видимости, я получила тепловой удар.

— Скажи ей, пусть поспит, — ответил Том на переданное Сьеррой послание. Позевывая, он снова натянул на глаза кепку. Было совершенно очевидно, что он и не собирался спускаться вниз, что бы переброситься словечком с женой.

Поговорить с Маршей вместо него пошел Рон. Дети в это время снова отправились купаться. Сьерра, опираясь на леер, наблюдала за ними.

Рон вернулся и с виноватой улыбкой покачал головой:

— Прости, что оставил тебя.

В извинениях не было никакой нужды — Сьерра наслаждалась уединением. В какой-то момент у нее возникло чувство вины по отношению к Марше, проблемы которой дали толчок ощущениям, что ее собственные неудачи не так уж страшны. Ей всегда казалось, что у Марши замечательная семья. Разумеется, бывали и в ее доме напряженные денечки. Какая семья может похвастаться полным их отсутствием? Но события сегодняшнего дня со всей очевидностью доказывали, что в этом королевстве все не так уж гладко.

— Как она, ей стало легче?

— Она предпочла остаться внизу и отдыхать до самого конца путешествия. — Рон громко свистнул, чтобы привлечь внимание ребят. — Эй, там, за бортом, сворачивайте игры. Через полчаса поднимем якорь.

Четверка купальщиков выразительно застонала и с упоением продолжила игру в пятнашки.

Под руководством Рона и с помощью Тома дети прекрасно справились с парусами. Когда полотна раздулись на ветру, яхта быстро заскользила по воде в направлении пирса на Лонг-Бич. Ближе к берегу они спустили паруса, и Рон включил мотор для подхода к доку.

— Мы замечательно провели время, Рон, — заверила его Марша, целуя в щеку, пока дети собирали вещи. Том обменялся прощальным рукопожатием с Роном, а Марша обернулась к Сьерре и обняла ее. — Прости за неприятную сцену внизу, — попросила она, чмокнув подругу. — Завтра позвоню.

Сьерра заметила, что, прежде чем направиться на стоянку, Марта отобрала у Тома ключи от машины.

Рон пригласил Сьерру с детьми в дорогой ресторан с кухней из морепродуктов. А когда Клэнтон и Каролина заказали гамбургеры, от души расхохотался. За обедом он рассказывал о том, как путешествовал в южных морях и в течение двух лет исследовал острова, которые на карте отмечены лишь маленькими точками. Клэнтон был очарован и всецело покорен Роном, Каролина же сидела притихшая.

Уже поздно вечером Рон повез их домой. Сьерра немного загрустила, что такой отличный день подошел к концу. Дети крепко спали на заднем сиденье «мерседеса». Не прошло и пятнадцати минут после того, как они выбрались из ресторана и сели в машину, как детей сморил сон, и они предоставили возможность Сьерре и Рону поговорить спокойно. А уж поговорили они на славу. Рон живописал свои путешествия, Сьерра рассказала, как росла в тихом провинциальном городке, они обсудили даже вопросы расовых предрассудков, образования и важности семьи. Рон был единственным сыном греческого бизнесмена и шведской актрисы. Мать погибла в автомобильной аварии, когда ему было всего четырнадцать.