— Не извиняйся передо мной. Ты нуждался во мне, и я всегда буду тем, кто тебе нужен. На этот раз сильной была я. Не ты, а я. Это я должна была быть тебе поддержкой. Настала моя очередь показать, как сильно я тебя люблю. Поэтому, не смей извиняться.

Вудс усмехнулся. Он не улыбался с тех пор, как произошла трагедия. Он поднял руку и провел пальцами по моему подбородку.

— Ты уселась на меня верхом в этой юбке. Я хочу, чтобы ты пошла к Блэр, но я также думаю о твоих трусиках и задаюсь вопросом, они уже влажные? Или мне стоит сделать их такими. Давай вставай и поторопить на обед, пока я не сделал кое-что, что может изменить твои планы.

Смеясь, я соскочила с его колен.

— Мне, конечно, доставит удовольствие то, как ты сделаешь мои трусики влажными, я знаю, как ты умеешь это делать, просто Блэр на самом деле хочет, чтобы мы вместе пообедали.

Вудс кивнул.

— Иди. Со мной будет всё в порядке.

Я послала ему воздушный поцелуй, который он поймал и прижал к своим губам. Затем вышла из кабинета и закрыла за собой дверь.

— Я слышал смех. Это хорошо, — сказал Винс, сидя за своим столом.

Я кивнула.

— Ему становится лучше, — сказала я ему.

— Благодаря Вам, — ответил он.

Я просто улыбнулась, потому что знала, что Винс был прав. Я помогала Вудсу. Это была моя обязанность.

Когда Блэр открыла мне дверь, она держала Нейта на руках. Он сжимал в кулаке её длинные платиновые волосы, и достаточно сильно тянул их.

— Входи, — сказала она, склонив голову в сторону малыша. — Я пойду отцеплю свои волосы, и уложу этого репья в кроватку. Скоро вернусь. На столе на кухне стоят чашки с чаем. Ой! Нейт, ты делаешь мамочке больно.

Я старалась не засмеяться, но не смогла удержаться.

Блэр улыбнулась и закатила глаза.

— Ему нравятся мои волосы. Я скоро стану лысой, потому что он вытащит мне их.

— Иди спасайся. Я возьму напитки, — сказала я ей. Блэр послала мне благодарную улыбку и направилась к лестнице на второй этаж. Это была великолепная, продуманная до мелочей лестница. Да и весь дом был просто потрясающим. В этом доме, до появления Блэр, Раш жил один. Ему купил его отец, когда Раш был ещё ребёнком. Его мать останавливалась здесь, когда приезжала в город, но сейчас они не общались.

Я прошлась по дому и остановилась, чтобы разглядеть получше портрет Нейта в натуральную величину, висевший над камином в гостиной. Его волосы скорее всего будут такими же светлыми, как у его матери, или, по крайней мере, такими, какие они были сейчас. Чем длиннее они отрастали, тем светлее становились.

Кухня располагалась на другом конце длинного коридора с невероятно высокими потолками. На стенах висели фотографии всех троих членов семейства Финлей. Это были непрофессиональные фотографии, а обычные семейный, где они играли на пляже или распаковывали рождественские подарки. Даже была фотография, где Раш сидел на санках и держал Нейта у себя на коленях. Хотя он никак не походил на парня, который катается на санках.

Я пошла на кухню, чтобы приготовить себе стакан чая. Дверь в кладовку была открыта, и я подошла заглянуть в неё. Я уже слышала о скрытой под лестницей комнате, в которую можно было попасть через кладовку. Именно там Раш поселил Блэр, когда она впервые приехала в Розмари, чтобы найти своего отца.

Улыбаясь, я задалась вопросом, заходили ли они когда-нибудь в эту комнату… просто так, чтобы вспомнить прошлое.

Раздался звонок в дверь, на лестнице послышались шаги, Блэр спускалась вниз. Я гадала, придет ли Бети. Я её вообще больше нигде не видела, и не была уверена, что она сегодня придёт, несмотря на то, что Блэр была её лучшей подругой.

Обе девушки зашли на кухню, и грустные пустые глаза Бети встретились с моим взглядом. Я поставила стакан на стол, подошла к ней и обняла. Она явно нуждалась в чьей-то поддержке.

— Я скучала по тебе, — сказала я ей.

Она вяло обняла меня в ответ.

— Спасибо, — шмыгнула носом Бети.

— Никаких слез. Мы будет есть пирожные, которые я приготовила, и не думать о калориях. Мы просто пообщаемся, — сообщила Блэр, потом взяла накрытый крышкой поднос, подошла к столу и поставила его на стол.

Я не думала, что это сработает, но Блэр была настроена решительно. Я наблюдала за Бети, пока она пыталась взять себя в руки, усаживаясь за стол напротив меня.

— Ну хорошо, может быть мы сначала все вместе поплачем, — сказала Блэр, когда увидела, как по лицу Бети пробежала судорога. — Поговори с нами. Мы здесь, чтобы выслушать тебя.

Бети подняла глаза и покачала головой.

— Нет. Я устала плакать. Я устала грустить. Я просто хочу снова научиться улыбаться.

— Мы, конечно, не теряли любимых мужчин, но мы с Деллой тоже потеряли людей, которых любили. Я потеряла маму и сестру. Делла потеряла свою маму. Мы знаем как это больно, и хотим, чтобы ты закричала или закатила истерику, делай что угодно, только выпусти эту боль наружу. Потом мы съедим пирожные и придумаем смешные истории, которые тебя развеселят. Подумай о том, что делал Джейс, чтобы рассмешить тебя. Вспоминай только все хорошее о нём. Эти мысли перекроют воспоминания о той ночи. Обещаю тебе, так и будет.