– Эй, в доме! Эй!

Разговор смолк. В наступившем молчании (только дребезжала кровля) мы услышали отчетливей:

– Эй, в доме! Здравствуйте! Мы путешественники с юга! Американцы!

Женщины и большинство мужчин машинально ухватились за полотенца или одежду. Я натянул мокрые штаны и вслед за Стивом подошел к двери. Том и Нат Эглофф были уже там; Рафаэль присоединился к нам, голый, но с пистолетом в руке. Джон Николен, все еще застегавая шорты, раздвинул нас плечами и выскочил за дверь.

– Чего надо? – услышали мы его вопрос.

Ответ потонул в шуме дождя. Через секунду Рафаэль снова открыл дверь. Двое в пончо вошли впереди Джона и с изумлением уставились на Рафаэля. Оба были насквозь мокрые, усталые и оборванные – один тощий, с длинным носом и шкиперской бородкой, другой – кряжистый коротышка в мокрой кепке. Они сняли пончо и остались в темных куртках и мокрых штанах. Тот, что пониже, узнал Тома и сказал:

– Здравствуй, Барнард. Помнишь, встречались на толкучке?

Том сказал, что помнит. Гости обменялись рукопожатием с ним, с Рафаэлем (забавное зрелище), с Джоном, Натом, Стивом и со мной, потом украдкой огляделись по сторонам. Все женщины были одеты или закутаны в полотенца, огонь наполнял комнату красными отблесками, от чанов валил пар, несколько голых мужчин выделялись среди одетых блестящей, словно рыбья чешуя, кожей. Коротышка вроде бы как поклонился.

– Спасибо, что впустили. Мы из Сан-Диего, мистер Барнард вам расскажет. Мы уставились на него.

– Вы приехали поездом? – спросил Том. Гости кивнули. Тощий трясся от холода.

– Мы оставили дрезину и ребят милях в пяти отсюда, – сказал он, – и пришли пешком. Не хотели тянуть рельсы дальше, пока не переговорим с вами.

– Думали добраться раньше, но помешала буря, – добавил низенький.

– А зачем вообще ездить в дождь? – спросил Николен. Низенький, поколебавшись, ответил:

– Мы предпочитаем передвигаться, когда облачно. Чтобы не было видно сверху.

Джон закинул голову и сощурился, не понимая.

– Если хотите залезть в чан, – предложил Том, – то не стесняйтесь.

Высокий покачал головой:

– Спасибо, но… Они переглянулись.

– На вид тепло, – заметил коротышка.

– Верно, – сказал другой и несколько раз кивнул. Он все еще дрожал. Потом робко огляделся и сказал Тому: – Если позволите, мы бы просто погрелись у вашего огонька. Здорово вымокли и не прочь обсушиться.

– Конечно-конечно. Располагайтесь как дома.

Джон явно не пришел в восторг от этих слов Тома, но гостей к огню проводил, а Кармен подбросила дров. Стив толкнул меня в бок:

– Слыхал? Поезд до Сан-Диего! А что, если прокатиться?

– Может, и удастся, – ответил я.

Гости представились: маленького звали Дженнингс, высокого – Ли. Дженнингс снял кепку и оказался взъерошенным блондином, потом скинул куртку, рубашку, ботинки и носки, повесил все сушиться, а сам встал греть руки над огнем.

– Мы уже несколько недель тянем ветку на север от Ошенсайда, – сказал он. Ли тоже принялся раздеваться. Дженнингс продолжил: – Мэр Сан-Диего формирует разные бригады, и наша занята прокладкой путей к соседним городам.

– На толкучке говорили, что в Сан-Диего больше двух тысяч человек, – сказал Том. – Это правда?

– Около того, – кивнул Дженнингс. – А с тех пор как мэр взялся за дело, мы многого добились. Поселки далеко один от другого, но мы наладили железнодорожное сообщение. Дрезины, конечно, хотя в городе есть и генераторы, и электричество. Ярмарки раз в неделю, рыболовецкая флотилия, ополчение – все, чего раньше не было. Ясное дело, мы с Ли больше всего гордимся своими успехами. Мы расчистили восьмую автомагистраль через горы до Солтон-Си, проложили по ней рельсы…

Что-то в манере стоящего у огня Ли заставило Дженнингса смолкнуть.

– Солтон-Си, наверно, разлилось, – сказал Том. Дженнингс молчал, и Ли кивнул:

– Теперь вода там пресная и кишит рыбой. Местные живут неплохо, хотя их совсем мало.

– Что вам здесь нужно? – резко спросил Джон Николен.

Пока Ли в упор смотрел на Джона, Дженнингс оглядел собравшихся. Все глаза были устремлены на него, все уши навострены. Похоже, ему это нравилось.

– Мы дотянули рельсы до Ошенсайда, – объяснил он, – и разрушенные пути идут дальше на север, поэтому мы решили их починить.

– Зачем? – настаивал Джон.

Дженнингс тоже выставил вперед подбородок.

– Зачем? Полагаю, надо спросить мэра – идея его. Видите ли… – Он взглянул на своего спутника, словно испрашивая разрешения продолжать. – Вы знаете, что японцы наблюдают за побережьем?

– Конечно, – сказал Джон.

– Трудно не заметить, – добавил Рафаэль. Он положил пистолет и сидел на краю чана.

– Я не про корабли, – сказал Дженнингс. – Я про наблюдение с неба. Со спутников.

– Вы имеете в виду камеры? – спросил Том.