Жить так, как жила до сих пор?

Твердить себе, что одна ночь ничего не меняет?

Считать, что ничего не было?

Не было его рук, настойчиво — нежно изучающих её тело. Не было его голоса, шептавшего такие сладкие слова. Не было слепящего наслаждения, ощущения потрясающей свободы и лёгкости во всём теле.

Не было ничего.

Нужно сделать вид, что всё это просто приснилось. Сон… Это был просто сон. Она слишком много выпила, вот и привиделось…

Только есть одна проблема…

Она не готова.

Ей нужно хоть немного времени, чтобы окончательно прийти в себя, а это невозможно здесь, в этой квартире, в комнате, где при одном взгляде на кровать, кровь приливает к щекам, а в памяти мелькают волнующие картины.

Невозможно находиться здесь, зная, что каждую минуту он может вернуться…

Набрав номер Даши и, выслушав, что «абонент временно недоступен», она нажала отбой.

«Кто бы сомневался. — Подумала Катя. — Наверняка опять себе очередного олигарха на вчерашнем банкете зацепила.»

Да без разницы.

Она все-таки прибрала кровать — сняла постельное белье, напоминавшее о проведенной ночи, застелила её чистым, аккуратно расправила атласное покрывало. Затем прошла на кухню. Вырвав из блокнота лист, она написала пару строк и прикрепила записку магнитом к холодильнику. Нашла в сумочке ключи от старой квартиры, убрала их в карман куртки, засунула туда же телефон, оделась и вышла из квартиры.

К её удивлению Даша оказалась дома.

— Ты чего телефон отключила? — спросила Катя, войдя в кухню и обнаружив там хлопочущую у плиты Дарью.

— Ой, привет, — откликнулась подруга. — Да так. От Жорика шифруюсь. Достал, блин, хуже горькой редьки, поверь! Слушай, Кать, спасибо тебе, что ты меня на ваш банкет пригласила! Я там так здорово время провела! А вы с Игорьком были такие краси… — она осеклась, наблюдая, как Катя, закрыв лицо руками, падает на табуретку, — …вые… Катька, что с тобой?! — Она бросилась к подруге, пытаясь отвести от лица её ладони. Катя! Ну, Катя же!! Да, что у тебя случилось-то!..

— Ничего… Абсолютно ничего…, — мертвым голосом ответила Катерина, опуская руки и уставившись в одну точку.

— Угу. Оно и видно! — Скептически сказала Даша, поднимаясь на ноги. — Тогда какого хрена, ты приперлась ко мне в субботу, вместо того, чтобы проводить время с мужем? А?! Причем с таким видом, будто у тебя кто-то умер? Или что — Игорек в загул ушел?

Катя отрицательно помотала головой.

— Я с ним переспала, — еле слышно прошептала она и опустила голову.

— Ну, слава тебе, Господи! Наконец-то!

— Даша, ты не понимаешь… я сама! Сама этого захотела. Первая повисла у него на шее!

— Подумаешь, трагедия какая! — Даша сложила руки на груди. — Ну, так пойди, удавись теперь в ближайшем лесочке! Катька, вот скажи мне, ты, правда, такая дура, или просто прикидываешься? Ты вышла за него замуж. За — муж! А брак подразумевает подобные отношения.

— Ты прекрасно знаешь, что наш брак фальшивка!

— Серьезно? После совместно проведенной ночи, я бы не стала настаивать на этом факте. Что, он сам сказал тебе по этому поводу? Вы поговорили или ты предпочла сбежать, даже не объяснившись?

— Поговорили, — тяжело вздохнула Катя.

— И что?

— Я сказала, что это было недоразумением, что сама во всем виновата и нам лучше забыть весь этот ужас, — на одном дыхании протараторила Катерина, покраснев как помидор!

— Что?! Ой ёёё! — Выдохнула Даша и, прикрыв рот рукой, уставилась на неё как на буйнопомешанную. Потом покрутила пальцем у виска. — Ты чего, Репнина, совсем уже того?!

Катя непонимающе смотрела на неё.

— Ты сказала мужчине, что провела с ним ужасную ночь! Не просто мужчине — Гоше Наумову! Совсем охренела да?! Ты же его оскорбила…, обидела до глубины души! Что — все было так плохо?

— Да нет же! Я не говорила, что ночь с ним была ужасной. Я просто сказала, о том, что нужно забыть весь этот ужас.

— Даа? Ну, а теперь, посиди и подумай — сама — то ты в своих словах улавливаешь разницу?

— Неет, — оторопело протянула Катя.

Господи Боже! Мало того, что она вела себя с ним как черт знает кто, сама затащив его в постель, так еще и походя, оскорбила его!

— Что же теперь мне делать?

— Ты меня спрашиваешь? Домой идти, вот что делать!