Нас ненавидели те, кто труслив в темноте

Они считали, мы мешаем им жить.

И лишь с учетом того, что десять против одного,

Нас в результате смогли победить.

– Помнишь, как в детстве сбитые колена самогоном протирали?
– улыбнулся Кирилл, как только открыл бутылку. Он полил руку и вытер порез. В глазах потемнело от боли, но зато рана продезинфицирована. Похоже, действие препаратов заканчивалось. Тут же появились девушки и увлеченно начали щебетать всякие глупости.

И я дружу теперь с котом, я дверь не путаю с окном,

Мне доказали, что стар я для драк,

И все реже во сне, теперь приходит ко мне

Блюз бродячих собак.

Кирилл не слушал их, в отличие от основной массы как и Саня он понимал о чем поется в песне на этом старом языке. И ему было интересно, чем она кончится.

– Пропустите, разойдитесь, - девушка в белом халате пробивалась сквозь толпу.

Удача за нас, мы уберем их на "раз",

И это без сомнения так,

Нам дышится в такт, и ускоряет наш шаг

Блюз бродячих собак

– Черт, сейчас тебя заберут в больницу.

Блюз бродячих собак

– Нет!
– возмущенно запротестовали девушки. А народ постепенно втягивался и начинал неуверенно покачивается под необычные для этого заведения ритмы. Хотя песня уже и кончалась.

Блю-у-уз бродячи-их соба-а-а-а-а-ак

Наконец-то медик пробилась сквозь толпу. Девушка оказалась симпатичной. Она деловито схватила Кирилла за голову и начала вертеть ею в разные стороны. Осветила карманным фонариком переносицу и без слов потащила за собой.

– Стой, стой. Куда ты меня тащишь?

– В машину!
– девушка остановилась, зло посмотрела Кириллу в глаза - у тебя переносица разрублена, надо сшить.

– Тогда бегом, бегом. Десант, увидимся завтра, девушки, не скучайте!
– браво отозвался Кирилл, чувствуя, что если он упадет здесь, то конец всей его репутации.

Скорая стояла прямо перед входом в клуб. Докторша запихнула Кирилла внутрь.

– Феликс, подвези меня домой, только езжай потихоньку пациента нужно сшить, - девушка уложила Кирилла на носилки и обработала лицо каким-то раствором. Тот жутко шипел и резал так, что онемело пол лица.
– Вот гадость! Мало того что пьяный, да еще и все лицо в спирте.

– Значит так! Я трезвый, а лицо в водке, потому что рану дезинфицировал.

– Трезвый бы в клетку не полез. Водкой? Мы что в каменном веке?

– Но я же . . .

– Замолчи.
– Кирилл повиновался, а девушка ввела ему под кожу какой-то препарат. В глазах медленно начало темнеть, а слова медика звучали как в дали.

– Ой, не тот шприц. Феликс что делать? Я вместо местного ввела общий наркоз.

– Во-первых, не признаваться доктору Це. Признаешься - интернатуру завалишь. Особенно после того шухера, что устроила Корделия.

– Так, где хирургия, а где скорая...

– Ты с Диком на свиданку ходила.

– Не с Диком, а с Джефом.
– поправила его Тина.

– Ага, при Либи... Ну конечно, - не поверил водитель.

– Не важно, что с ним, что делать?

– Зашивать!
– Девушка нервно продолжила процедуру.
– Здесь по дороге мотель, я остановлюсь и договорюсь, чтоб его приняли, а ты быстрее заканчивай. Не волнуйся дочка, все будет в порядке.
– Феликс свернул за угол и вышел с машины.

Тина быстро взяла себя в руки и закончила с лицом, а вот Феликс долго не возвращался.

– Нет, не возьмут без сознания. А если не взяли здесь, то и в других местах не возьмут.

– Неужели не пройду интернатуру?
– Слезы навернулись на лицо. Тина готова была разреветься. Наука давалась очень не легко, кое-что так и не понимала, просто зазубрила. Да еще и попала в интернатуру к доктору, у которого все студенты ее завалили. Не все, но большинство.

– Не реви. Это твой последний день. Нужно, чтобы он переночевал у тебя.

– Хорошо.

– Я не думал, что ты так быстро согласишься.

– Соглашусь.
– Тина подняла голову и смешно шмыгнула носом.

– Обязательно приду посмотреть, с каким лицом Це будет подписывать твои бумаги.

Глава 23

Кирилл, Тина, Александр, Виктор

Утро Кирилл встретил в незнакомом доме. Проснулся он на раскладном кресле, а напротив, в кровати, спала чертовски красивая девушка. Утреннее солнце пробивалось сквозь занавески и золотом сверкало в пышных каштановых волосах. Один луч падал прямо на симпатичный носик, покрытый веснушками. Кирилл видел красивую картину, левый уголок губ начал подниматься.