– Пробовала. Они их просто дорезают. Именно чтобы не возиться.

– Всё равно лучше не убивай сразу. Подумай, если каждый из них будет знать, что его именно дорежут свои, то с большой ли охотой такие будут рисковать?

– Ой… – Девчонка подносит ладошку ко рту. Совсем по-детски. Ну так она и есть ещё ребёнок. Пятнадцать лет всего. Зато за ней – уже три десятка мертвецов, пять лет диверсионной школы и третья кампания. Ветеран. Эх! Что за жизнь такая… мерзкая…

Иду досыпать. Ещё пару раз бухает длинный карабин. Затем наступает тишина. Просыпаюсь от запаха жареного мяса и горячей свежей натты. Вот черти, решили на завтрак не будить? Открываю глаза. На столе – котелок, пышущий паром, заботливо укутанный овчинным чехлом для сохранения тепла. Рядом – накрытая сверху чашкой большая глиняная кружка с наттой. Сладко потягиваюсь, затем встаю, умываюсь, сажусь есть. Вкусно…

На улице солнечно и, похоже, без ветра. Подхожу к узкому окошечку-бойнице – посты стоят. Все спокойны. Во дворе народ занимается повседневными делами: таскают воду, поскольку заливка ворот и дороги продолжается, тренируются, сидят группками и разговаривают о своих делах либо просто стоят на стене и смотрят в ту сторону, откуда должно прийти подкрепление. У кухни сидят обе пленницы. Знатная доса – в железном рабском ошейнике, наряду со своей бывшей служанкой скребёт котёл. Хе-хе… Марг хорошо усваивает уроки. Даже отсюда вижу здоровенный синяк на шее бывшей баронессы Тушурского королевства. Да, бедняжка. Не повезло тебе… А может, наоборот, повезло. Потому что ты, Ума, в отличие от многих и многих других своих ровесниц, уцелеешь. Может, даже найдёшь своё счастье… Думаешь, я не вижу, какие взгляды ты кидаешь в сторону Марга, когда думаешь, что он не видит тебя? Если ты не дура, а мне почему-то кажется, что это нет, то спесь из тебя вылетит быстро и ты вцепишься в юного барона как клещ и сделаешь всё, чтобы не упустить свой шанс…

– Сьере граф! Сьере граф! Большой, очень большой отряд со стороны Фиори! – встревоженный крик со стены.

Я смотрю на приближающуюся армаду в трубу, но толком ещё ничего не могу рассмотреть. Неизвестная армия приближается медленно, потому что с этой стороны, в отличие от Тушура, нет пробитой и наезженной дороги… Ближе к вечеру наконец армия втягивается в долину, расположенную перед началом серпантина, им остаётся пройти километров семь. Это минимум три часа такими темпами.

Внезапно в небо взмывают две ракеты. Красные. А потом лопается, разбрызгивая океан брызг в небе, жёлтая. Это наши. Наши! Дошли! Прорвались! Но… Почему их так много? Должно быть четыреста. А тут даже на глаз не меньше тысячи.

– Приготовиться к бою.

– Но, командир…

– Тебе не кажется, Марг, что их слишком много для четырёхсот?

Парень всматривается в долину, потому угрюмо качает головой:

– Слишком, пожалуй, самое подходящее слово, командир…

Вам когда-нибудь приходилось получать помилование в тот момент, когда ваша голова уже на плахе, воротник раздёрнут, а палач занёс топор? Примерно такое ощущение было у всех, когда к воротам со стороны Фиори, которые мы уже приготовились защищать, подъехали три всадника – Ролло, Дож и… моя матушка… На таком же здоровенном вороном жеребце, как у меня, в лёгких доспехах, с точной копией моего меча на боку и в шикарном меховом плаще. Валькирия, вот же…

Потом меня долго тискали в объятиях, целовали, били по плечам от избытка эмоций. Обозрели Ридо изнутри и снаружи, ну и наконец в крепость снизу потянулись воины… Четыре сотни двигавшихся на лошадях диверсантов. Три сотни тяжёлых пехотинцев, пять сотен добровольцев, стрелков из лука и арбалетов. Тоже, кстати, в полных доспехах. Крепкие мужчины вперемежку с молодыми девчонками. В Парде девицы стреляют ничуть не хуже, а то и лучше парней. Особенно из арбалетов… Ещё обоз: двадцать орудий крупного калибра, сорок четыре миномёта. Снарядов почти десять тысяч, около полутора сот тысяч патронов. Ну и еда, хотя мы с ней совсем не бедствовали, напалм, и много всяких пренеприятнейших для врага приспособлений вроде противопехотных мин и шариковых «лягушек», тех, что сначала выпрыгивают из-под земли, а потом на высоте пары метров рвутся, засыпая всё вокруг шрапнелью.

В общем, прошли мои воины всё Фиори, и никто на них не дёрнулся. Ополчение не собрано, клич не кинут на всеобщий сбор, так что те, кто был по пути, прикинулись кустиками и камешками и старались особо не отсвечивать. Но вот дальше будет хуже. Потому что скоро начнётся весна. А тогда уж поскачут гонцы между замками и владениями и потянутся отряды в точку сбора. Но куда?

Хвала Высочайшему, дома всё нормально. Юрика полнеть начала. Пузико ведь! Ничего, скоро увижусь с ней. Заводы работают на всю катушку, народ в Парду просто ломится. Сьере Ушур, оставленный матушкой на хозяйстве, развернулся вовсю – затеял кучу строек. А поскольку кирпича сейчас много, технологии за пять с лишним лет отработали до блеска, то и дело движется быстро. Даже очень. Благо рабочих рук с избытком. Нет, квалифицированные-то мастеровые, как обычно, в жутком дефиците. Но таких, что «подай, принеси», полно. Вот и копают фундаменты, кладут стены, добывают уголь, сланец, руду. Да ещё и довольны, потому что и кормят, и платят. Сьере даже затеял прорубать дорогу в Бесплодные степи, потому что бывшее баронство с ними граничит. А через степи можно добраться до торговых партнёров в других местах. Что ж, всё верно. Прекращать торговлю из-за войны, по крайней мере, не выход. На освободившееся место всегда найдутся желающие. И пусть их товар ни в какое сравнение с нашим не идёт, тем не менее возвращать потерянные позиции всегда тяжелее и убыточнее, чем начинать с нуля. Так что Хье Ушур тут полностью прав.

Я забираю сотню диверсантов, что вместе со мной брала Ридо, взамен оставляю ополченцев, две сотни свежих мальчишек и девчонок, артиллерию, почти весь боезапас к огнестрельному оружию, тяжёлую пехоту. С нами назад пойдут три сотни спецов – нам хватит за глаза, чтобы добраться до границ Парды, где уже заканчивает формирование и обучение моя новая армия. Комендантом остаётся Ролло. Его жена в Парде, так что как ни противно звучит, но надеяться на то, что рыцарь будет стоять до последнего, но не сдаст крепость, можно.

Одновременно с нашим отбытием начинаются работы по постройке нормальной канатной дороги на скалу. На плато поставят батарею пушек. Кроме тех, что будут на стенах крепости. В общем, Тушур ожидает сюрприз, от которого королевская армия умоется кровью. Ну а нам надо срочно навести порядок в стране. Поэтому нужно поторопиться назад. И ещё – я очень соскучился по своей саури… Поэтому, едва закончилось размещение и формирование подразделений, мы сразу же выезжаем обратно. Среди диверсантов – Марг. Рядом с ним на обычной крестьянской лошадке трясётся Ума. Похоже, гонор и спесь с неё слезает, как шелуха с лука, потому что едет пленница с испугом на лице – ну так вокруг столько воинов в великолепнейшей броне и с незнакомым, но очень эффективным оружием, действие которого она видела собственными глазами, внушающим почтение…