Теперь и на лице досы Унрихт появляется интерес и азарт.

– Так точно, сьере граф! Одну минутку.

Девушка убегает к стоящим рядом возам, через короткое время возвращается, таща в руках запасную оглоблю. Она с руку толщиной, так что для моей цели пойдёт. Остальные смотрят на меня, не понимая, что я задумал.

– Итак, девочки, представьте, что перед вами противник. Крепость этой оглобли примерно соответствует человеческой шее в тушурской кольчуге из толстого войлока. Лейра?

Сержант приседает, крепко держа дерево в руках. Я отхожу чуть назад. Вдох. Выдох. Вдох… В ушах застучало. Можно… Делаю шаг назад. Девушки недоумевающе смотрят на меня. Я подошёл к оглобле. Постоял. Отошёл назад. Даже не шевельнулся. Зачем только сержанта гонял за ней? Лейра выпрямляется, вставая с корточек. Тоже де лает шаг назад. И тут бревно складывается пополам.

– Ой! – Девушки едва успевают увернуться: оглобля срезана точно посередине, и концы блестят, словно после полировки. Их рты открываются, а глаза становятся круглыми.

Льян бормочет:

– Сьере граф! Но вы же даже не шевелились!

Лейра улыбается:

– Шевелился. Просто вы не заметили.

Я с интересом смотрю на неё:

– А ты?

– Вы вроде как дрогнули, но настолько быстро, что я подумала, будто мне показалось.

– Не показалось. Молодец. Хвалю. Спарринг? Показательный?

Девушка отступает назад на шаг и смеётся:

– Сьере граф, я вроде ничем не проштрафилась, а жить хочется…

Улыбаюсь во весь рот:

– Хвалю за сообразительность.

Девчонки-новобранки опять не понимают. Указываю им на кусок отрубленного бревна:

– Беритесь. Только крепче.

Льян уже чувствует, что сейчас будет очередной фокус, поэтому опасливо становится с краю. Сёстры хватаются изо всех сил.

– Держите? – спрашиваю я.

– Да, сьере граф.

– А это что?

Разжимаю ладонь, в ней у меня кусок оглобли. Сёстры переглядываются, глаза Льян становятся круглыми.

– Как это, сьере граф?!

– Лейра?

Практически точное повторение моего движения, незаметное для нетренированного взгляда, и сержант показывает девчонкам точно такой же кусок дерева в своей ладони. Поясняет:

– Скорость, скорость и ещё раз скорость, девочки. – Улыбается: – Если всё делать как положено, то вы даже ничего не почувствуете. Ваше тело ничего не ощутит. В отличие от вашего противника…

Что сёстры, что Льян впервые видят такое, и они, откровенно говоря, напуганы. Смотрят на нас с Лейрой с неким страхом и благоговением. Потом Умия спрашивает:

– И что, каждый в вашем отряде способен на такое?

Киваю в ответ:

– Верно.

Доса Унрихт подтверждает мои слова:

– Да, вы и сами видели, девочки.

Льян, жадно:

– И мы тоже сможем такое?

Сержант задумчиво смотрит на неё:

– Через пару лет сможешь. Если не будешь отлынивать от тренировок.

– Не буду!

Глаза горят, личико этакое вдохновенное… Как ни жаль, придётся немного остудить их пыл.

– Лейра, у меня к тебе дело.

– Да, сьере граф?

Остальные трое навострили уши. Ну что же… Это и вас касается, девицы-красавицы. Пора отрабатывать жалованье.

– У моей дочери появилась служанка… Поэтому мне понадобится кто-то в шатре, чтобы присматривал за ней. Не приведи Высочайший, навредит…

– У вас есть дочь, сьере граф?! – синхронно выдыхают все вчетвером.

Пожимаю плечами:

– Вот… нашлась…

– Она взрослая? Она красивая? А на кого она похожа? Как её зовут?…

Вопросы сыплются градом и с такой скоростью, что я не успеваю даже вставить слово в ответ. Наконец улавливаю паузу в пулемётной очереди фраз и успеваю вставить:

– Молчать!

Субординация у Лейры и девчонок уже вбита намертво, так что все умолкают и дружно тянутся по струнке, выпячивая у кого побольше, у кого поменьше бюсты под рубахами.

– Вольно.

Молчание, потом Лейра жалобно тянет:

– Сьере граф… – И хлопает своими пушистыми ресницами так невинно-наивно…