– Старый Топтыга!

Пенни кивнул.

– Я рад, что ты запомнил его след.

Они вместе наклонились к земле, изучая отпечатки и определяя, в каком направлении они приходят и уходят.

– Это нельзя назвать иначе, как перенесение военных действий на территорию противника, – сказал Пенни.

– И никто из собак не залаял на него, па. Разве что я проспал и не слышал.

– Нет, никто не залаял. Ветер был за него. Будь спокоен, он знал, что делает. Он прокрался, точно тень, сделал своё чёрное дело и убрался ещё до рассвета.

Холодок пробежал по спине Джоди. Ему явственно представилась эта тень, огромная и чёрная, словно движущийся сарай, как она крадется между дубами и одним взмахом большущей когтистой лапы сгребает кроткую спящую свинью. Затем белые клыки с хрястом вонзаются в спинной хребет, в тёплую трепетную плоть. Бетси даже не успела завизжать, позвать на помощь.

– Теперь он сыт, – сказал Пенни. – Он и съел-то всего ничего, сколько мог в рот набрать. Медведь, у него после зимней спячки сморщен желудок, вот почему я ненавижу медведей. Взять, к примеру, другого какого зверя – он убивает и ест, сколько ему надо, и в этом он, совсем как мы, борется за жизнь как может. Другое дело тварь или человек, который шкодит, абы шкодить… Взгляни только на морду медведя – и сразу увидишь, что он не знает пощады.

– Мы захватим с собой Бетси?

– Мясо изодрано в клочки, но для колбасы сойдёт. И жир тоже.

Хотя Джоди понимал, что ему полагалось бы расстроиться, он был возбуждён, и только. Вероломное убийство в священных пределах росчисти означало, что огромный медведь, который вот уже пять лет уходил безнаказанным от владельцев скота в округе, стал их личным врагом. Джоди не терпелось ринуться вдогонку. Вместе с тем он признавался себе, что чуточку боится. Топтыга совершил своё разбойное нападение возле самого дома.

Они взяли свинью за задние ноги – Джоди с одной стороны, отец с другой – и потащили к дому. Джулия нехотя следовала за ними. Старая собака-медвежатница не могла понять, почему они тотчас не пустились в погоню.

– Ей-богу, мне страшно идти с такой вестью к матери, – сказал Пенни.

– Да уж, она осерчает не на шутку, – согласился Джоди.

– Бетси была замечательной маткой. Просто замечательной.

Матушка Бэкстер ждала их у ворот.

– Я-то всё звала и звала вас, – начала она. – Чего вы там закопались?.. Господи боже, о господи боже! Моя свинка! Моя свинка!

Она всплеснула руками. Пенни и Джоди прошли в ворота и направились на задворки. Она следовала за ними, причитая.

– Подвесим тушу на перекладине, сын, – сказал Пенни. – Чтоб не достали собаки.

– Скажите же мне, – продолжала матушка Бэкстер, – скажите же мне хотя бы, как могло статься, что её убили, растерзали на клочки прямо у меня под носом?

– Это сделал Топтыга, ма, – ответил Джоди. – Следы его, это точно.

– А собаки-то, собаки были дома и спали?

Все три собаки были уже тут как тут и принюхивались к свежему запаху крови. Она бросила в них палкой.

– Ах вы, негодные твари! Едите наш хлеб и дозволяете такое!

– Ещё не родилось собаки ловчее этого медведя, – сказал Пенни.

– Ну хоть бы залаяли!

Она бросила в них ещё палку, и собаки понуро пошли прочь.

Наконец всем семейством они направились к дому. Джоди под шумок сразу прошмыгнул на кухню: запах еды был невыносим. Но никакое расстройство не могло помешать матушке Бэкстер следить за тем, что делает сын.

– Ну-ка, назад! – окликнула она его. – Отмой сперва свои грязные руки.

Он присоединился к отцу у лотка для умывания. Завтрак ждал на столе. Матушка Бэкстер сидела, горестно покачиваясь всем телом, и не притрагивалась к еде. Джоди навалил себе полную тарелку. На завтрак была каша из кукурузной сечки с подливкой, горячие оладьи, пахтанье.

– Ну хоть теперь поедим сколько-то мяса, – сказал он.

Мать круто повернулась к нему:

– Теперь-то поедим, а зиму без мяса сидеть будем.

– Я выпрошу у Форрестеров свинью, – сказал Пенни.

– Ну да, и будешь в долгу перед этими негодяями. – Мать снова запричитала: – Проклятущий медведь!.. Я бы ему показала!

– Я скажу ему это при встрече, – незлобливо вставил Пенни, не переставая набивать желудок.

Джоди громко расхохотался.

– Чего ещё от вас ждать, – сказала она. – Только бы потешаться надо мной.

Джоди потрепал её по руке.

– Я просто подумал, ма, как бы это выглядело – ты сцепившись с Топтыжкой.

– Бьюсь об заклад, мать победила бы, – сказал Пенни.

– Никто, кроме меня, не принимает жизнь всерьез, – пожаловалась она.