Пендергаст не обратил на него никакого внимания.

Он попытался отыскать труп бегуна в густой траве рядом со взлетной полосой. Безрезультатно. В аэропорту начался переполох из-за сорванных с петель ворот. Прибыли полицейские, осмотрели место происшествия и уехали обратно, прихватив с собой «мерседес». Но водителя машины они не нашли.

Теперь суета улеглась, кругом было тихо. Пендергаст поднялся и прямо по траве направился в обход взлетной полосы к древнему телефонному автомату, стоявшему у бензоколонки на подъезде к аэропорту. Удивительно, но телефон работал. Пендергаст позвонил д’Агосте.

— Где вы? — долетел из Нью-Йорка знакомый голос.

— Неважно. Объявите в розыск одномоторный самолет «Сессна-133». Позывные: ноябрь-семь-восемь-девять-фокстрот-чарли. Согласно полетному листу, направляется в Мексику, в Канкун, но ему придется совершить вынужденную посадку, — он на мгновение задумался, — в радиусе двухсот миль от Форт-Лодердейла, из-за неполадок в системе подачи топлива.

— Откуда вы знаете, что у него неполадки?

— Потому что я их устроил. Проколол трубку топливного фильтра. Сидя в кабине, они никак не смогут исправить повреждение.

— Да объясните же толком, что…

— Перезвоните мне по этому номеру, как только будут результаты.

— Подождите, черт вас побери…

Пендергаст повесил трубку, вышел из освещенной кабины и отошел к растущим неподалеку карликовым пальмам. Затем лег на траву — его охватила слабость из-за потери крови — и стал ждать ответного звонка.

Телефон зазвонил спустя полчаса. Пендергаст поднялся с травы, чувствуя, как кружится голова.

— Да?

— Мы засекли их. Самолет приземлился неподалеку от Андалусии, штат Алабама. Вдобавок повредил шасси при посадке.

— Продолжайте.

— Должно быть, они вызвали помощь, потому что их поджидал фургон. Там рядом оказался один парень, он пил кофе в ангаре и видел, как группа людей быстро пересела в этот фургон, который скрылся в направлении… — д’Агоста на секунду замолчал, — заповедника Конекью.

— Он запомнил номер фургона?

— Нет, было темно.

— Сообщите в алабамский дорожный патруль. И побеспокойте пограничную службу насчет всех пересечений границы: они направляются в Мексику. Я позвоню позже. Мой мобильник не работает.

Еще одна пауза.

— Хорошо, я все сделаю.

— Спасибо.

Закончив разговор, Пендергаст посидел минут десять в тени. Потом набрал другой номер.

— Ага, — послышался хриплый голос Мима, хакера-отшельника с сомнительными моральными принципами, который общался лишь с одним человеком на свете — самим Пендергастом.

— Откопали что-нибудь?

— Даже не знаю. Совсем чуть-чуть. Мне хотелось собрать побольше, прежде чем звонить вам…

Он сделал театральную паузу.

— Мне некогда играть в игрушки, Мим.

— Хорошо, — поспешно ответил хакер. — Я подключился к системе прослушивания наших друзей из Форт-Мида [14] — шпионил за шпионами, так сказать. — Он хихикнул. — Знаете, они действительно тщательно отслеживают все вызовы и электронную почту, несмотря на протесты недовольных. И я засек обрывок разговора по сотовому телефону тех парней, которых вы называете «Der Bund».

— Вы уверены?

— Невозможно быть уверенным на сто процентов, приятель. Они пользовались шифром, и я понял лишь то, что говорили по-немецки. И еще разобрал несколько знакомых названий. Судя по сигналу, они быстро двигались через центральную и северо-западную Флориду.

— Насколько быстро?

— Скорее всего, самолетом.

— Когда?

— Семьдесят минут назад.

— Должно быть, это тот самолет, что сел в Алабаме. Что еще?

— Больше ничего, за исключением короткого сообщения на испанском. Они упоминали название Кананеа.

— Кананеа, — шепотом повторил Пендергаст. — Что это?

— Город в Мексике… у черта на рогах, в тридцати милях к югу от границы.

— Расскажите, что он собой представляет.

— По моим данным, в нем тридцать тысяч жителей. Когда-то это был крупный центр по добыче меди, и здесь произошли беспорядки, с которых началась Мексиканская революция. Теперь осталась лишь пара сборочных заводов в северной части города, и все.

— Географическое положение?

— Есть река, протекающая через Кананеа на север, к границе с Аризоной. Называется Сан-Педро. Одна из немногих рек, текущих на север. Главный маршрут контрабанды наркотиков и нелегальной миграции. Вокруг — жуткая пустыня, многие из мигрантов умирают в дороге. Граница в этой чертовой дыре, скорее всего, просто обозначена колючей проволокой. Но зато там уйма датчиков слежения и патрули. Да еще камеры на аэростатах, способные ночью различить валяющийся на земле окурок.