Вздохнув, Кену опустился в кресло, устало откинув голову. Чем старше он становился, тем тяжелее ему давалось каждое дежурство. Не зря ведь диспетчера «экстры» уходят на пенсию в шестьдесят и имеют право на пожизненное содержание до самой смерти независимо от их личного дохода и накопленных сбережений. При современной средней продолжительности жизни в девяносто пять лет это более чем щедро. Особенно если учесть, что обычный служащий третьей категории вкалывает до восьмидесяти и потом существует только на то, что сумел скопить.

Личный счёт Кену выглядел очень внушительно. Он и от природы был экономным человеком, а в последние десять лет совсем ничего не покупал, разве что самые необходимые вещи. Хотя и мебель и технику в доме давно пора сменить… Но лучше это сделать позже, и делать вместе с Абеллой. Если, конечно, она не передумает, и выйдет за него замуж, как обещала. Тоже закоренелая холостячка, как сам Кену, она была ещё и карьеристкой, зацикленной на добывании денег, но твёрдо обещала остепениться.

— Однако не мечтай, что это произойдёт до того, как ты выйдешь на пенсию! — заявила она своим обычным непререкаемым тоном, слегка смягчив его улыбкой. — Если хочешь, чтобы я всю себя посвятила семье, то сделай то же самое. Нам ещё не поздно завести детей. В крайнем случае можно воспользоваться соответствующими медицинскими услугами. И я хочу, чтоб наши дети не спрашивали меня, где пропадает дни и ночи напролёт их отец.

— Но у меня всего лишь сменный график! — попытался защищаться Кену. — Многие живут и хуже, особенно здесь, в столице. В их жизни вообще ничего нет, кроме работы.

— В том то и проблема, — проникновенно ответила Абелла. — Мои родители жили так. Я их почти не видела. И я поклялась сама себе, что мои дети так жить не будут. Думаешь, почему я ежедневно рву задницу, пытаясь заработать ещё несколько жалких империалов?..

— Белла, ну что за выражения!

— Только такие и подходят к тому, чем я занимаюсь. Но это временно.

— Надеюсь, — проворчал Кену. — Надеюсь, ты вовремя остановишься. Всех денег не заработать.

— Не волнуйся, старый брюзга! — Обворожительно улыбаясь, Абелла обхватила его лицо ладонями и нежно поцеловала. — Обещаю!

Кену, глядя на неё, в очередной раз поразился, до чего же она красива. Не многие в тридцать девять лет выглядят на двадцать пять.

— Никак не могу понять, почему ты со мной, — задумчиво сказал он. — Я рад этому, но понять не могу. Ты легко могла бы найти себе кого-нибудь получше, чем служащего спецкатегории.

Абелла сразу посерьёзнела.

— Я с тобой потому, что ты надёжный, — ответила она. — И ещё потому, что я тебя люблю.

Разговор состоялся год назад, когда Кену в очередной раз пытался уговорить Абеллу узаконить отношения и переехать к нему. С тех пор ничего не изменилось. До пенсии ему оставалось ещё несколько месяцев.

Вот поэтому Кену Стурво и не менял обстановку дома. Ждал. То, что годится для одинокого мужчины пятидесяти девяти лет, вряд ли подойдёт для семейной пары.

Единственной серьёзной покупкой, которую он сделал за десять лет знакомства с Абеллой, был ретроскоп, и виной этому были пристрастия самой Абеллы. Кену не раз пытался убедить её, что слишком увлекаться путешествиями во времени очень опасно.

— Ретрозависимость — страшная штука, — убеждал он её. — Поверь мне, я знаю. За каждое дежурство я принимаю не менее десятка вызовов и посылаю бригады медиков к тем, кто не смог самостоятельно выйти в своё время. Это значит — больше сотни случаев только в пределах участка ответственности нашего отделения. И каждый седьмой из них — со смертельным исходом.

— Но мне нужно как-то расслабляться! — неизменно возражала она. — Ты просто не представляешь себе, что это значит — поднимать собственный бизнес в наше время. И я всегда ставлю «будильник».

— Те полуразложившиеся трупы, которые ЭМП вывозит на Восстановление, тоже когда-то ставили «будильник». Но потом человек увлекается, и отключает эту опцию, чтобы путешествие не прерывалось на самом интересном.

— Глупости. Ко мне это не имеет отношения. Обещаю тебе, что я никогда не отключу её.

Тогда Кену и купил ретроскоп. Наверное, он был единственным среди восьмидесятимиллионного населения Сестрории, кто сделал это лишь для того, чтобы просматривать рекламу нелегалов и посещать форумы временщиков.

При повсеместном распространении средств мыслесвязи, Галактическая информационная сеть «Глобал» строилась по тем же принципам, хотя имела свой аудиовизуальный дубликат для тех, кто не был способен к передаче и чтению мыслеобразов в силу врождённой недисциплинированности сознания или просто не мог позволить себе покупку соответствующих биотехнических имплантатов. Для них были видеозаписи, тексты и прочее. Для всех остальных — многомерные пси-передачи, сложность которых каждый мог выбирать исходя из собственного сенс-уровня и возможностей вживлённых в мозг имплантатов. Многие предпочитали пользоваться внешней нейротехникой с расширенными возможностями — шлемами различных моделей или костюмами. Костюмы варьировались от глухих, покрывающих всё тело (такие обычно и применялись вместе со шлемом), до облегчённых, напоминающих переплетение ремней, с активными сенсорами и нейротрансляторами, закрывающими основные нервные узлы. Последние использовались в дополнение к трансцессорам.