Дом, во всяком случае внешне, слегка изменился. На двери с фонариком наверху и на почтовом ящике, перекрашенном в пурпурный цвет, уже не значились ни фамилия Феррера, ни девичья фамилия Сюзанны. Все окна были ярко освещены: похоже, новые жильцы весело праздновали наступление Нового года. Растерянный Феррер потоптался несколько минут у крыльца, совершенно не представляя, что делать дальше и зачем он сюда явился, как вдруг дверь распахнулась, выпустив наружу громовую музыку и девушку, которая замерла на пороге; она явно не собиралась уходить — просто, наверное, вышла подышать воздухом.

Это была очень миленькая девушка лет двадцати пяти-тридцати, слегка похожая на Беранжеру, хотя и не так красива. Заметив Феррера, она с улыбкой поманила его к себе. Она держала в руке бокал и, возможно, слегка захмелела, что вполне извинительно в такой вечер. Поскольку Феррер не двинулся с места, она спросила: «Вы приятель Жоржа?» В замешательстве Феррер ответил не сразу. Наконец он заговорил: «Сюзанна случайно не здесь?» — «Понятия не имею, — ответила девушка. — Никакой Сюзанны я не видела, но, может, она и здесь, тут полно народа, я не со всеми знакома. Я сестра одного из компаньонов Жоржа, а Жорж только что переехал сюда. Домишко неплохой, но жарища там адская». — «Да, — сказал Феррер, — выглядит он недурно», — «Так, может, зайдете выпить?» — предложила девушка.

За ее спиной в прихожей Феррер видел перекрашенные стены, чужую мебель, незнакомую люстру, картинки, которые не отвечали ни вкусу Сюзанны, ни его собственному. «Хотелось бы, — ответил он, — но я боюсь помешать». — «Ерунда, входите же!» — воскликнула она. «Я очень сожалею, — продолжал Феррер, нерешительно приближаясь, — я этого не предвидел. Мне трудно объяснить…» — «Ничего страшного, — заверила его девушка. — Я сама здесь, в общем-то, случайно. Вот увидите, народ у нас веселый. Давайте, входите!» — «Ладно, — сказал Феррер, разве что на минутку. Только один стаканчик, и я ухожу».