Отто еще раз посмотрел на лошадей, но рогов не обнаружил. Тем временем мальчишка начал умело обыскивать один из трупов, отправляя часть найденных вещей куда-то за пазуху.

— А нормально говорить ты можешь? А то я слов не понимаю!

— Ты чо?! — поразился мальчишка. — По фене не ботаешь?

— По чему?

— Обалдеть! — мальчуган потешно покрутил башкой. — Слушай, а ты вообще кто? Ларг, что ли? Ну, та самая нечисть, за которую функи ойро платят?

— Сам ты нечисть! Я, как раз чисть! «Медвежонок» я! Ну, вильдвер!

— Ага! Они так и называют! Только врешь ты всё! Вильдверы младше двенадцати лет не бывают! А тебе сколько? И десяти нет, небось!

— Семь мне…

— Во! Ты совсем мелкий! Не бывает таких оборотней! До двенадцати все обычные люди, а вот потом…

— Не, — замотал головой Отто. — Просто перекидываться не у всех получается!

Мальчишка задумался. Потом лицо озарилось хитрой улыбкой:

— Слушай, я знаю, как можно ойро срубить по-бырому! Сдаем тебя попам, я беру ячмень, и рву когти. А ты линяешь, как я уйду. Они же не знают, что ты уже оборачиваешься! Потом встречаемся, и кругляши поровну! За ларга до Нечистого отвалят, а то и больше!

Отто зарычал. Собеседник мгновенно бросил возню с мертвецами, отпрыгнул в сторону и спрятался за дерево.

— Эй, ты чего! — он осторожно высунул голову. — Не хочешь — не надо! Думаешь, я тебя подставить хочу и с капустой слинять? Ты чё, в натуре! Ларга кинуть — это надо последним фраером быть! Такие недолго небо коптят!

— По-вентски говори! — ярость, затмившая Отто мозг, отступила. Только в горле клокотало немного, рык просился наружу.

— А ты человеком обернись! — выдвинул встречное условие мальчишка. — А то гляжу, и жуть берет!

Отто подумал и перекинулся в обычный облик. Мальчишка немедленно вылез из-за дерева и продолжил обыскивать тела, не забывая и про собеседника:

— Мир?

— Мир! — буркнул Отто.

— А звать тебя как? — спросил мальчишка.

— Отто.

— Надо же! Мы с тобой одноименники! — заявил парень, посмотрел на недоумевающее лицо вильдвера и добавил. — Ну я тоже Отто. А погоняло — Коготь! Это потому, что я с пером, то есть, с ножом хожу. И пользоваться умею! Если бы эти легаши пешими были, я бы их так расписал… — парень взглянул на недоверчивую ухмылку Отто и потупился. — И без оружия… — поднял глаза, опустил. — И один… — еще один взгляд. — И поменьше…

— Пойду, — сказал Отто, вставая.

— Эй, погоди, — засуетился новый знакомый. — Ты куда?

— Туда, — махнул рукой вильдвер. — Переправу искать. Есть там мост?

— Есть. В Нейдорфе! Но через него не пускают, там Поления за рекой.

— И что? — не понял Отто.

— Страна другая, — пояснил тезка. — За проход платить надо. И лист иметь! Хочешь — в город вместе пойдем. Легашей на воротах обойдем, мост покажу и на хазу пристрою.

— Хаза — это что?

— Ну, малина!

— Ягода?

Коготь осуждающе покачал головой.

— Сам ты ягода! Нельзя же быть таким неграмотным! Малина — это место, где зашухариться можно, и легавые не заметут!

— А что значит, зашухариться?

— Вот неуч! Спрятаться! И пожить немного. Дом такой, про который только деловые знают! Или никто не знает!

Отто умел читать, считать и писать. Но на неуча не обиделся. Во-первых, читал и считал он небыстро, а писал и вовсе медленно. А во-вторых, твердо решил выучить городской язык, на котором разговаривал его одноименник. Раз в город идти надо. Потому продолжил расспросы:

— Кто такие деловые?

— Урки!

— Кто?

Коготь демонстрировал образцовое терпение, хотя непонятливость «Медвежонка» его явно раздражала.

— Бабочники, избачи, каталы! Вся кодла, одним словом!

Отто совсем запутался:

— А это всё кто?

Тезка тяжело вздохнул и уселся на труп стражника.

— У тебя хавка есть какая нибудь?

— Хавка — это что?

— Жратва какая-нибудь! Шамать охота!

— Нет, — покачал головой Отто и, увидев огорчение на лице собеседника, добавил. — Могу поймать кого-нибудь. Птицу. Или зверя.