По-своему поняв Иртеньева, Капитолина Петровна снова засуетилась и пододвинула ближе тарелочку с балыком.

— Вы ешьте, ешьте, Викентий Георгиевич, вы ж с дороги…

— Да куда уж, я сыт, благодарствую! — Вика из вежливости попробовал угощение и осторожно спросил: — Вы сами-то как?..

— У нас все хорошо. Ирочка замуж вышла, живет отдельно. У них с мужем квартира в центре.

— Замужем, значит… — покачал головой Вика и с несколько наигранным безразличием поинтересовался: — А зять ваш кто?

— Инженер, здесь на заводе, бывшем Кейворта, солидный мужчина, — охотно ответила Капитолина Петровна и с гордостью сообщила: — Внук у меня, восемь лет уже, вот…

— Внук? — удивленно переспросил Вика и тут же, скрывая некоторую растерянность, повторил: — Неужто восемь?..

Интонация у Иртеньева чуть-чуть сменилась, и Капитолина Петровна, женским чутьем безошибочно уловив это, торопливо заговорила, сообщая все и всяческие подробности, словно пытаясь за потоком слов скрыть нечто важное…

Вика лежал с открытыми глазами и безуспешно пытался уснуть. Он то начинал ворочаться с боку на бок, то принимался считать до ста, то пялился на серый по ночному времени потолок. Через открытое настежь окно наплывали запахи сада, по вершинам деревьев шелестел ветер, и было хорошо слышно, как недалеко ровно шумит морской прибой.

Сон все равно не шел, но в какой-то полудремоте Вике порой начинало казаться, что временного перерыва не было, что на дворе все тот же памятный 19-й год, и он сам, только недавно возвратившись с дежурства, наконец-то лег отдохнуть.

Потом его мысль причудливо перескакивала на другое, и Вика видел себя уже не в комнате, а где-то под деревом, рядом с которым, в увитой виноградом беседке, над книжкой сидит чудная девушка, время от времени бросая на молодого капитана Иртеньева быстрые заинтересованные взгляды.

Да и сам Вика торчит здесь, в саду, изображая усталость, вовсе не из-за одолевших его тягот службы, а потому что ему очень нравится задорная девчонка, и именно поэтому на каждый ее взгляд он отвечает прямо-таки печоринской улыбкой…

Впрочем, Вика хорошо понимал, что именно выбило его сегодня из колеи. Это случилось уже перед вечером, когда он, уставший и разомлевший от жары, еле приволокся с городского пляжа и, войдя в гостиную, вдруг увидел за столом ослепительной красоты женщину.

Вика остолбенело уставился на нее, не зная, то ли галантно здороваться, то ли извиняться за свой не презентабельно-пляжный вид. Однако ничего такого и не потребовалось. Пока он раздумывал, женщина стремительно поднялась, обошла стол и, остановившись напротив Иртеньева, с милой улыбкой произнесла:

— Ну, здравствуйте, Викентий Георгиевич…

И едва Вика услышал этот голос, он сразу вспомнил и книжку, и увитую виноградом беседку, и сидящую там полудевочку-полудевушку с лучистыми ищущими глазами…

— Ирина… — Вика сделал шаг вперед и, низко склонившись, поцеловал руку женщины.

— Да, это я, — спокойно ответила она и, положив руки на плечи Иртеньева, троекратно, по-русски, поцеловала его.

А дальше началось обычное провинциальное чаепитие, и все пошло по заведенному исстари порядку. Уютно шипел самовар, отсвечивали серебром подстаканники, посередине стола высилась хрустальная ваза, наполненная фруктами, а вокруг нее теснились тарелочки и розетки с домашней снедью.

Сидя рядом с дочерью, Капитолина Петровна мило пересказывала городские сплетни, Вика, не вслушиваясь в ее болтовню, поощрительно кивал головой, а Ирина с улыбкой неотрывно следила за ним, и ее глаза лучились.

Сам же Вика испытывал странное ощущение. Ему казалось, что время удивительным образом повернуло вспять, что не было всего того кровавого хаоса, а есть только уютный дом и женщина, от каждого взгляда на которую в груди у него возникает удивительный холодок.

А тем временем Капитолина Петровна, старательно делая вид, что ничего не замечает, увлеченно рассказывала, как ее восьмилетний внук, оказавшись на конном дворе, задрав голову, рассматривал лошадь и она, негодница, чуть было не укусила любопытного мальчонку за подбородок…

Легкий скрип половицы мгновенно отогнал полудрему. Вика насторожился и ясно услыхал легко различимые шаги босых ног. Кто-то невидимый осторожно шел по коридору. Вика повернул голову и вдруг заметил, как в темном прямоугольнике дверного проема возникла светлая тень.

Вика приподнялся на локте и быстро спросил:

— Кто здесь?

— Не спишь?.. — отозвался чуть приглушенный голос. — Я так и думала…

В первый момент, услышав ответ, Вика решил было, что он все-таки спит и это ему снится. Однако фигурка в дверях приобрела четкие контуры, Ирина шагнула к кровати, легкий халатик словно сам собой соскользнул с ее обнаженного тела, и, садясь на край постели, с ласковой насмешкой она попросила: