– Как глупо! Почему так глупо, Игорек? – простонала она.

– Потому что он мужчина, который безнадежно любит женщину, не обращающую на него никакого внимания.

– Ты прямо как Глебов! – фыркнула Василиса недоверчиво. – Тот что-то подобное говорил. Будто Саня все разыграл, чтобы я потревожилась.

– Думаю, дело гораздо серьезнее какого-то там розыгрыша. Но что изначально он хотел что-то доказать тебе, и самому себе прежде всего, это бесспорно. Ты давай прекращай плакать, завтра едем в гости.

– К Зайцеву? – ахнула она испуганно.

– К нему.

– А примет?

– Куда он денется!

Наступило завтра.

– И куда он делся?! – взревел Игорь Леонидович, ворвавшись в пустой дом.

Они полдня потратили, чтобы пробиться сквозь кордоны к дому Зайцева. Сначала на блокпосту проверили их документы. Потом шлагбаум дачного поселка преградил им дорогу, и снова проверка документов. Следом еще один шлагбаум, теперь уже не перед поселком, а загораживающий въезд на улицу элитных домов. И вновь потребовали документы, заставили назвать цель визита. С горем пополам добрались до дома. Тут уже беспрепятственно въехали в распахнутые ворота. И даже в дом вошли, никем не остановленные, а потом начались сюрпризы.

– В доме никого нет, Игорь Леонидович! – оповестил ошарашенный Игорек, пытавшийся разыскать обитателей и в саду, и на всех трех этажах.

– Что, вообще никого? – опешил Игорь Леонидович. – А прислуга? А сам хозяин?

– Никого нет!

– И куда он делся?! И почему дом не заперт, и ворота?!

Эти вопросы мучили всех троих. Мучили и настораживали. Провалиться Зайцев сквозь землю не мог – нигде в окрестностях ни единого разлома земной коры. Уехать из поселка тоже не мог. Охрана их тогда не пустила бы въехать на улицу, оповестив, что хозяин убыл. Да и глупо было уезжать, оставляя двери дома открытыми, а ворота гостеприимно распахнутыми.

– Та-ак… – Игорь Леонидович прошелся по комнатам первого этажа, остановился перед тремя ступеньками, ведущими куда-то вниз, и спросил у Игоря: – А там что?

– Там я еще не был, – покаялся охранник.

– Так побывай, мать твою! – заорал хозяин, не выдержав накала ситуации. – Может, там он прячется или прячет кого-то. Давай быстрее!

Василиса тоже хотела было бежать следом за Игорем, но была поймана сильной властной рукой и отброшена к дивану.

– Сидеть, дура! – тяжело задышал Игорь Леонидович. – Уверена, что оттуда стрелять не начнут?

Она ни в чем не была уверена, да и думать здраво уже не могла, просто тряслась всем телом от страха и напряжения. И глаза полубезумные бессмысленно с предмета на предмет переводила.

То, что дом оказался пустым, ее не обрадовало. С одной стороны, если Сани здесь нет, то… То почему нет никого вообще? Куда все могли подеваться? Хозяин, если он хороший хозяин, не оставит свой дом без присмотра с распахнутыми настежь дверями. Да и воду не оставит не выключенной. А Василиса в одной из ванных комнат обнаружила не закрытый кран с текущей холодной водой. И полотенце на краю раковины лежало, будто приготовленное для того, чтобы обтереться. И тюбик с зубной пастой лежал открытым. Складывалось впечатление, что кто-то впопыхах все это оставил. Кто же, кроме хозяина? Конечно, он все и оставил. Тем более что ванная комната примыкала к спальне, где даже кровать еще не была заправлена и простыня хранила очертания человека, который провел в постели ночь.

– Может, он сбежал? – прошептала Василиса, не сводившая глаз с подвальной двери, за которой скрылся Игорек три минуты назад.

– Кто сбежал? – не понял Игорь Леонидович, тоже, как и она, с напряжением наблюдая за дверью, в которую упирались три ступеньки.

– Ну, Зайцев. Может, его кто предупредил, что мы едем, и он того, сбежал?

– А с чего ему бежать-то? – прищурился недоверчиво Игорь Леонидович. – Из собственного дома? И кто мог его предупредить? Хотя…

Мерлин запросто мог предупредить Зайцева, наверняка они знакомы. И могли быть запросто в одном деле замешаны. Тем более что пострадавшие гаишники знали как одного, так и другого. И…

Игорек вынырнул из подвального помещения как черт из табакерки. Глаза вытаращены, дышит тяжело, одним прыжком преодолел ступени и тут же сунул под нос хозяину какую-то железку. Потряс ею в воздухе и что-то быстро прошептал ему на ухо.

– Что там, Игорек? – пискнула Василиса.

С ее места ей не было видно, что он показывает Игорю Леонидовичу. И о чем говорит, слышно не было. А о том, чтобы подойти посмотреть и послушать, и речи быть не могло. Ноги будто кто гвоздями приколотил к полу – отнялись, и все.

– Что там, Игорек? – повторила она, не дождавшись ответа на первый вопрос. – Саня… Саня там?

– Нет его там, нет, не переживай ты так. – Игорь Леонидович глянул на нее с жалостливой тоской, перехватил из рук охранника железяку и со вздохом дополнил: – Но он там, кажется, был.

– Кажется? Почему кажется? Почему был?

Господи, нет! Нет! Ну почему сразу в прошедшем времени? Почему не в настоящем? Почему как про Сигитова разговор заходит, так не находится для него хороших, добрых, обнадеживающих глаголов, черт побери!