Шрифт:
— По–русски можешь сказать? – развеселился я.
— Хотел «Снегурочку» купить, но остался только «Чипполино» и «Семеро козлят», – хохотал Пашка.
— Да заместо «Снегурочки» лучше «Пацанку с фигу» купи,
«Дюймовочку», значится, а вместо «Чипполино» – «Гамбургер в бегах» и «Ишак–крутой», заодно и сам почитаешь…
— Ух, ты… Что за книги?
— «Колобок» и «Конёк–горбунок», – расшифровал названия.
Надо же расслабиться после трудового дня.
3
Утром, прихватив кассету с записью и набравшись наглости, поехал к подполковнику. По дороге разрабатывал линию поведения.
«Заинтересовать морально и материально, ну и немного поборзеть… закона, мол, хочу, а там пусть думает, ментяра».
На моё счастье, в кабинете он оказался один.
— Магнитофон есть? – поздоровался с ним и достал кассету.
Подполковник тяжёло вздохнул:
— Господи! Как тебя убить-то хочется…
— Чуть позже, а сейчас послушайте плёнку с реально набитой картиной, извините, – заметил небольшой интерес в задумчивых ментовских глазах.
— Ну и что тебе от меня надо?..
«… чмо», – продолжил его мысль, а вслух сказал: – Чтобы вы получили ещё одну звездочку, – подпустил в голос немного подхалимажа и сел на место допрашиваемого.
Пока он слушал кассету, включил настольную лампу, направив свет себе в лицо:
— Отвечу на любые вопросы…
— Ну и откуда тут звёздочка вырисовывается?.. – разочарованно отключил магнитофон.
— Добудем, – поощрительно улыбнулся ему. – Завтра утром, в девять ноль–ноль, вам следует прислать наряды на Сенной и в Крытый, чтоб забрать рэкетиров, терроризирующих честный контингент торгующих, – облегчённо вздохнув, выключил лампу.
— Каких рэкетиров? – не понял он. – Разве их так просто возьмёшь?..
— Элементарно, – хотел добавить, – Ватсон, – но сдержался. – И свидетели будут, которые вначале дадут им отпор, а затем показания…
Мент всерьёз заинтересовался.
— И много рэкетиров?
— По десятку в каждом рынке, а может, и больше.
Он взволнованно встал и заходил по кабинету.
— На рынок наехать надо, – рассуждал полуполкан, – и не столько из-за рэкетиров, сколько из-за своих собратьев… Вот уж кто оборзел, так оборзел… – распалял в себе какую-то давнюю обиду, – всего-то попросил на халяву пять кило мяса, а он меня кинул, – замолчал, вспомнив, что рядом посторонние уши. – Во сколько, говоришь, подъехать?..
— К девяти утра.
— Так, так, а лапшу на уши не вешаешь? – закрались в его душу подозрения.
— Как можно?! – возмущённо развёл руками.
— Ну, смо–о-о–три… – то ли поощрительно, то ли с угрозой произнёс он.
— А это ребятам на премии от кооператива «32», – положил перед ним пачку долларов.
«Возьмёт или нет?» – сделав безразличный вид, стал разглядывать плакат на стене.
Баксы молниеносно исчезли в ящике стола.
«Ого! Ловчей, чем столовские работники», – удивился я.
Договор состоялся.
— Лишь бы утечки информации не произошло, – стал переживать подполковник.
— Глухо как в могиле! – заверил его. – Ну, до встречи, – протянул руку.
«Пожмёт или нет?»
Он, не мешкая и даже с чувством, потискал ладонь.
«Этот будет мой!» – покидая ментовку, логично рассудил я.
Вечером ещё раз собрал десантников.
— Подумали? Насильно никого не заставляю! Всё как в армии… Добровольцы есть?..
Отказалось всего несколько человек, и то, потому что не хотели связываться с милицией.
— Вот если бы только бить! – рассуждали они.
Людей и без того хватало. Отобрав по пятнадцать человек на каждый рынок и по пять человек – отогнать машины в ремонтную мастерскую, перебирал в памяти сказанное.
«Так… ничего не забыл?.. Да–а! Надо старших назначить… Если на машины народу не хватит, то после акции освободятся», – размышлял я и на всякий случай решил задействовать двойняшек с их грузовиками.
«Чебышева на операцию не возьму, старый», – решил для себя.
— Грабь награбленное! – вспомнил Пашка революционный лозунг, сбив меня с мыслей.
Посмеявшись, все разошлись готовиться.
4
Этот вечер посвятил семье, а то Татьяна обижалась, что совсем дома не бываю. Уговорил её бросить работу и заниматься сыном. Жена в новой квартире больше всего любила готовить на газплите.
— Сколько времени в овраге тратила, ужас.
Денис обожал мыться в ванной, готов был купаться в день по два раза. Вволю наплававшись, он читал мне отрывки из «Гулливера в стране лилипутов».
««Качок в гостях у мелких», – перевёл название на современный язык. – Какие прекрасные времена, – дремал я под убаюкивающий голос сына, – наконец-то мне рассказывают сказки, а не я».