Иногда лары отождествляются с пенатами (доримские боги-хранители). Пенаты также охраняли домашний очаг, но в их ведении преимущественно находились запасы продовольствия. Как и лары, свои пенаты были у каждой семьи. Кроме того, существовали пенаты всего римского народа. По преданию, изображение этихпенатов доставил из Трои Эней — основатель Римского государства. Изображение государственных пенатов хранилось в храме Весты, и приближаться к нему могли только весталки и особые жрецы.

Римская мифология не являлась точной копией мифологии греческой, она опиралась на древние верования; а затем — по образцу греков — эти сказания отредактировали, развили и украсили древнеримские писатели и драматурги.

Всемирную славу приобрел римский поэт Вергилий своей поэмой «Энеида», которую он писал в течение десяти лет (29–19 гг. до н. э.). Это поэма о троянском герое Энее, сыне Анхиса и богини Венеры (Афродиты), которого римская официальная традиция считала родоначальником римского народа и предком рода Юлиев.

Когда Троя пала, Эней, царь дар данов и союзник Гектора, удалился на гору Иду, взяв с собою престарелого своего отца, Анхиза, сына Аскания и изображения богов — покровителей Приамова града.

С наступлением весны пустился Эней в море искать нового отечества себе и троянцам. Пристали они к фракийскому берегу и хотели уже здесь остаться, построив город, но принуждены были покинуть это место вследствие ужасного предзнаменования.

Когда Эней, готовясь принести жертвы богам — покровителям нового города, хотел украсить алтари молодыми деревцами и пошел за ними в близлежащий лес, то стал свидетелем неслыханного, страшного зрелища — с корней вытаскиваемых им деревьев падали капли густой черной крови. Приступив к следующему дереву, Эней услышал жалобный вопль, и доносящийся из глубин земли голос произнес:

— О, за что ты разрываешь мое тело на части? Оставь мертвых в покое, не пятнай кровью своих невинных рук и беги из этой страны — жестокой и корыстолюбивой! Я сын Приама, Полидор, убитый Полиместром. На этом месте пал я, пронзенный тучею копий; из них выросли деревья, которые ты видишь!

В ужасе Эней поспешил обратно в город и рассказал о виденном отцу своему и вождям народа. Все тотчас же решили покинуть эту беззаконную страну.

Направились они на юг и прибыли вскоре к Делосу, священному острову Аполлона. Царь Аний, прорицатель и жрец Аполлона, был старым знакомым Анхиза и принял троянцев дружелюбно. Эней вопросил оракула о том, где им суждено будет основать город. Аполлон отвечал:

— Страна, которая была колыбелью ваших праотцов, примет вас снова к себе. Ищите вашу древнюю мать. Там воцарится дом Энея — дети его и дети детей будут владычествовать над всеми странами.

По истолкованию Анхиза, страна эта была остров Крит, откуда некогда Тевкр переселился в троянскую землю. Полные надежды, все пустились в путь к богатому острову.

Юнона, увидев с высоты Олимпа, что троянский флот, плывущий из Сицилии к Италии, близок к своей цели, воспылала гневом и поспешила в Эолию к царю ветров. Она просила его выпустить ветры и потопить флот троянцев. Эол повиновался и отворил пещеру, где ветры были заперты.

Бог моря Нептун, заметив это, повелел ветрам удалиться из его владений и усмирил разъяренные волны. Тритон и нереида Киматоя по приказанию Нептуна сняли корабли с подводных рифов, а сам он своим трезубцем сдвинул те, которые сели на мель.

Эней с трудом собрал из всего флота только семь кораблей и пристал с ними к ближнему берегу. То была Ливия. Бухта, в которую они вошли, была спокойна и безопасна, окружена скалами и лесом. В глубине ее виднелся просторный грот — жилище нимф — с чистейшим ручьем и каменными скамьями. Здесь троянцы высадились на берег, чтобы отдохнуть от невзгод. Ахат, неизменный друг Энея, высек огонь и разложил костер, другие вынесли с кораблей подмоченную пшеницу, чтобы, высушив ее у огня, смолоть и приготовить себе пищу. Эней, между тем, в сопровождении Ахата влез на ближнюю скалу, чтобы высмотреть оттуда какие-нибудь остатки своего флота, но не увидал ни одного корабля, а заметил внизу в долине пасущееся стадо стройных оленей. Тотчас же спустились они вниз и убили из луков семь самых крупных животных из стада. Потом Эней поделил добычу так, чтобы на каждый корабль пришлось по оленю. Принесли путники вина и, улегшись на траве, наслаждались до ночи вкусным питьем и едою. Но невеселым был пир, ибо всех печалила мысль о пропавших друзьях.

На следующее утро Эней с Ахатом отправились осматривать окрестности. Вступив в чащу леса, встретили они богиню Венеру, мать Энея, в образе юной девы в охотничьем одеянии. «Не повстречали ли вы кого-нибудь из моих подруг?» — спросила их богиня. «Нет, — отвечал Эней, — ни одной не встречали, о дева, не знаю, как назвать тебя, но по облику, по голосу ты не из смертных… ты богиня!.. Быть может, сестра Аполлона или нимфа? Но кто бы ты ни была — будь к нам милостива и помоги нам в нашей беде; скажи, в какой мы стране. Бурей пригнало корабли наши к этой земле, и мы не знаем, где мы».

«Находишься ты вблизи города Карфагена, — сказала Венера. — Земля эта называется Ливией и населена воинственными ливийцами. В Карфагене властвует царица Дидона; она, гонимая братом, бежала со своими друзьями, захватив свои богатства, из Тира, из финикийской страны, и выстроила здесь город на земле, купленной ею у ливийских вождей. Но скажи мне: кто вы, откуда и куда лежит ваш путь?»

Эней ей все рассказал. Тогда богиня открыла им, что в Карфагене примут их дружелюбно, и дала надежду, что они там увидятся со своими пропавшими товарищами — так предзнаменовали птицы, ибо в это время двенадцать лебедей, преследуемые орлом, шумя крыльями, опустились на землю. Сказав это, богиня удалилась, приняв снова свой облик, а воздух наполнился благоуханием амброзии.