Драхвитцу и теперь становилось дурно при мысли, что розыск убийцы ему придется начинать с нуля. Путь бегства преступника был известен, он вел через окно на крышу сарайчика и во двор, а оттуда через ворота в боковую улочку, примыкавшую к Рыночной площади. Но на подоконнике не было обнаружено никаких следов. В номере Геердтса сотрудники полиции выявили множество отпечатков пальцев, но все они принадлежали Геердтсу и горничной, которая прибиралась у него в номере. Преступник не оставил «визитной карточки». Поэтому Драхвитц не знал, радоваться ему или беспокоиться. Сама судьба послала Вебера в качестве подарка. Если удастся подкрепить улики против этого господина, можно состряпать веское обвинение по подозрению в убийстве. А потом пусть следователь и прокурор мучаются с этим малым, пока не надоест.

Подозрительных моментов, которые указывали на Вебера, было предостаточно. Он появился в отеле и справлялся о Геердтсе, с разрешения владельца отеля поднялся на второй этаж. Вскоре после этого горничная Анке, спускавшаяся с мансарды, слышала голоса ссорящихся мужчин. Главную улику представляло, конечно, бегство Вебера с места происшествия. Если он, как утверждает, не причастен к случившемуся, почему же не остался там? Оставалось загадкой, как Веберу удалось скрыться. Ведь сразу же после звонка владельца отеля обе патрульные машины прибыли туда, и полицейские тут же перекрыли близлежащие улицы.

И вот теперь этот Вебер неожиданно является, усаживается перед ним с невинным выражением ребенка и действует ему на нервы. В довершение всего он притащил с собой из Гамбурга подкрепление в виде двух уважаемых граждан: начальника комиссии по убийствам и пользовавшегося известностью адвоката.

Драхвитц подавил в себе злость. Он интуитивно чувствовал, что к этому делу следует подходить очень осторожно.

— Значит, вы не оспариваете, что вчера вечером находились в отеле «Ландскнехт»? — спросил он после затянувшейся паузы.

— Как же он может оспаривать это? — ответил за Вебера Фреезе. — Он же общался и с владельцем отеля, и с господами, игравшими в скат.

— Вот именно, господа! — Драхвитц вспылил против своей воли. — Но я не понимаю, почему господин Вебер все еще утверждает, что не заходил в одиннадцатый номер? Да еще при наличии такого множества свидетелей? Со мной давно уже ничего подобного не случалось! За время службы мне не раз приходилось иметь дело с преступниками.

Фреезе дерзко улыбнулся.

— Я принимаю это к сведению, господин советник, но опровергнуть не могу.

— Что?!

— То, что вы всю жизнь общались с преступниками!

Лицо Драхвитца покрылось красными пятнами. Он сделал нервный жест, но в последний момент сдержался, осознав, что это провокация, направленная на то, чтобы вывести его из равновесия. Поэтому он спокойно пояснил:

— Общение с преступниками привносит с собой наша профессия!

Фреезе добродушно произнес:

— Да, да, но оставим это! Что же касается ваших свидетелей, то все они, вместе взятые, ничего не стоят. Вам это также хорошо известно, как и мне, не правда ли?

— Нет, мне это неизвестно, и, может быть, вы будете любезны объяснить?

— С удовольствием, господин советник. Объяснение лежит прямо-таки на поверхности. Есть только владелец отеля и уважаемые господа, игравшие в скат, с которыми Вебер беседовал в ресторане! Но ведь нет ни одного свидетеля, который бы видел Вебера, заходящим в номер господина Геердтса!

Драхвитц взглянул на Вебера и, сопя, спросил:

— Вы остаетесь при своих показаниях, что не заходили в номер?

Вебер отмолчался.

— Отвечайте!

Фреезе вновь вступил в разговор, придав голосу оттенок любезности:

— Он этого не делал!

Драхвитц взвился:

— Пусть отвечает господин Вебер!

Фреезе покачал головой:

— Представьте себе, господин Драхвитц. Мой клиент платит огромную сумму денег, чтобы я представлял его интересы, и я должен отрабатывать свой гонорар. Итак, если вы позволите, я начну еще раз с самого начала. Мой клиент договорился встретиться с господином Геердтсом около двадцати часов тридцати минут в номере гостиницы. Он зашел в ресторанчик и разговорился с владельцем отеля. Эти показания у вас имеются. Затем господин Вебер поднялся на второй этаж и постучал в дверь одиннадцатого номера. В общей сложности он принимался стучать трижды, но так и не получил ответа.

— А разве дверь не была открыта?

Вопрос Драхвитца последовал настолько торопливо, что Вебер не смог подавить улыбки:

— Откуда мне это известно?

— Ну, может быть, вы нажали ручку?

— В таком случае вы должны были обнаружить на ней отпечатки моих пальцев.

— Там вообще не было никаких отпечатков.

— Самое лучшее доказательство тому, что я до нее не дотрагивался.

— Перестаньте принимать меня за дурака! — Усталым жестом Драхвитц провел по лбу и добавил: — Дверных ручек без отпечатков пальцев, как вам известно, не бывает. Если они не найдены, то только потому, что их тщательно протерли.