Сэйди опустила голую ногу на деревянный пол и украдкой заглянула в оживленный уголок для завтрака. За столом, омытый золотистым утренним светом, сидел Винс, перед ним лежали остатки пиршества.

Что ж, это было неловко и смущающе.

— Доброе утро, — сказала Сэйди, затягивая пояс халата потуже.

Винс поднял взгляд, не выглядя ни чуточки смущенным.

— Видишь, кого я здесь застукала, — сказала Клара Энн, открывая дверцу шкафчика и вытаскивая кофейную кружку.

Сэйди решила, что это риторический вопрос, поскольку ответ на него сидел за столом, поэтому взяла у Клары Энн кружку и налила себе кофе. В прошлом она не раз просыпалась с мужчинами, но вид Винса ошарашил ее. Может быть потому, что он был другом с привилегиями. Может быть потому, что теперь все в «Джей Эйч» знали, что он провел здесь ночь. Или может быть потому, что он так чертовски хорошо выглядел, тогда как Сэйди была в полном беспорядке. Знай она, что Винс здесь, хотя бы причесалась.

— Ты готовила для Винса? — спросила Сэйди, щедро добавляя сливки в кружку. Клара Энн никогда не готовила.

— Конечно нет. Каролина принесла ему завтрак из летней кухни.

Великолепно. Можно было не сомневаться, что близнецы уже начали планировать свадьбу Сэйди. Поднеся кружку к губам, она подула на кофе и, делая большой глоток, встретилась взглядом с Винсом. И узнала это выражение в его глазах, напомнившее, что под шелковым халатом она полностью обнажена.

— Мне надо идти, — сказал Винс, бросив салфетку на стол, и встал. — Был рад познакомиться с вами, Клара Энн. Передайте Каролине, что мне очень понравился завтрак.

— Так и сделаю, чувствуй себя здесь как дома. — Клара Энн обняла его, а он дважды похлопал ее по спине. — Ты такой же большой, как ад и половина Техаса.

Винс взглянул на Сэйди, которая пожала плечами и глотнула кофе. Эй, ты же в Техасе, парень. Среди настоящих техасцев. А настоящие техасцы любят обниматься.

Клара Энн отпустила его. Он подошел к Сэйди и взял ее за руку. Сэйди старалась не разлить кофе, пока они шли к выходу.

— Я задремал. Прости, не знаю, как случилось. Такого никогда раньше не бывало, — сказал Винс у двери. — А потом меня застукали как какого-то преступника.

— И Клара Энн заставила тебя позавтракать?

— Она предложила, а я был голоден. — Он улыбнулся. — Ночью я нагулял аппетит.

— И вымотался?

— Да. Прости.

— Не извиняйся. Все нормально. — Хотя Сэйди была бы не против крошечного предупреждения, чтобы успеть причесаться. — За исключением того, что ты выглядишь хорошо, а я дерьмово.

Винс поцеловал ее в спутанные волосы.

— Есть в тебе одна вещь, Сэйди. Ты можешь выглядеть дерьмово, но я все равно хочу тебя раздеть. — Он взялся за ручку двери за спиной. — Увидимся.

Кивнув, Сэйди сделала шаг назад.

— Может быть, я заскочу на заправку.

— Заскочи, и, может быть, я позволю тебе помахать моей кувалдой. — Винс открыл дверь и вышел на улицу. — Или нагружу работой по снятию старых виниловых полов родом из пятидесятых.

— Ох. Тогда я сначала пришлю тебе смс, чтобы удостовериться, что ты с ними закончил.

Сэйди попрощалась, закрыла за Винсом дверь и, выдохнув, прислонилась спиной к стене. Сделала глоток кофе и решила, что у нее есть выбор: подняться наверх и принять душ или вернуться на кухню и убедить Клару Энн, что в ближайшем будущем свадьбы не предвидится. Сэйди выбрала то, что полегче, и направилась к лестнице. Забралась в душ, помыла волосы, растерлась мочалкой и почистила зубы у раковины. В последние несколько дней отец все больше и больше говорил о ранчо и о том дне, когда его здесь больше не будет. Сэйди не хотела таких бесед. Подобные разговоры заставляли ее сердце сжиматься от страха. Не только потому, что она не была готова к такой ответственности за «Джей Эйч», но потому, что не хотела думать о времени, когда отца не будет рядом. На ранчо. Занимающегося спариванием своих лошадей. Ведущего себя как заноза в заднице.

Ее якоря.

Сэйди высушила волосы и надела голубой сарафан, а под него — белый лифчик и трусики. Может быть, она заскочит в магазин и купит отцу цветы, чтобы украсить палату. Не то чтобы это что-то меняло.

Когда она красила ресницы — сверху и снизу, пока те не стали длинными и густыми — зазвонил телефон. Сэйди не была королевой красоты, как ее мать, но уделяла большое внимание своим волосам и ресницам.

— Сэйди Джо, — крикнула Клара Энн с первого этажа. — Тебе звонят. Из госпиталя в Амарильо.

Положив тушь, Сэйди прошла по коридору в свою спальню. В том, что один из врачей отца решил связаться с ней после утреннего обхода, не было ничего необычного.

— Алло. — Она села на край незаправленной кровати.

— Это доктор Морган, — сказал геронтолог.

— Здравствуйте, доктор. Как папа себя чувствует этим утром?

— Когда медсестра из утренней смены пришла проверить его, он не отозвался.

Не отозвался?

— Он снова очень устал?