Одержимость? Да. Навязчивое состояние? И это тоже. Эш никогда не вел себя подобным образом. Незачем следить за женщинами, готовыми прыгнуть к тебе в постель. С Джоузи все было по-другому. Ну почему он проявил такую беспечность и дал ей эти чертовы два дня? Почему думал, что с ней ничего не случится?

Следом посыпались другие вопросы. Почему Джоузи не обратилась к нему за помощью? Он ведь ясно дал ей понять, что готов заботиться о ней.

Бормоча ругательства, Эш вернулся за столик. По глазам всех троих он понял, что они уловили перемену в его настроении. Наверное, и физиономия у него сейчас была соответствующая.

— Прошу меня простить, но мне необходимо вас покинуть, — сказал он. — Бриттани, мы с тобой еще увидимся, причем скоро. Надеюсь, мой отъезд не помешает твоему общению с Бетани и Джейсом. Они тебя подбросят до дома. И пожалуйста, не комкайте из-за меня обед. Кстати, здесь неплохо готовят. До встречи! — Он повернулся, готовясь уйти.

— Эш! Все в порядке? — окликнул Джейс.

Эш кивнул. Но Джейс слишком давно его знал, а потому сразу понял, что дело касается Джоузи. Махнув Эшу, Джейс улыбнулся и стал что-то рассказывать своим спутницам.

Эш облегченно вздохнул, чувствуя себя в долгу у Джейса. Достав телефон, он позвонил своему водителю. Если Джоузи поехала в галерею, оттуда она наверняка вернется домой. Куда она пойдет с синяком под глазом? Эш решил подъехать к ее дому, дождаться ее возвращения и начать серьезный разговор.

Джоузи остановила такси на перекрестке. Подъезжать прямо к дому она не захотела, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания. Ей очень не хотелось покидать квартиру. Она буквально заставила себя поехать в галерею и отвезти мистеру Даунингу несколько новых картин. Ей бы и так хватило денег от картин, проданных раньше. Но Джоузи знала: вкусы людей непредсказуемы. Таинственный меценат может потерять интерес к ее работам. Пока этого не случилось, надо пользоваться моментом. Пусть убедится, что деньги ее не расхолодили и она продолжает работать.

Расплатившись с водителем, Джоузи вышла. Ее рука инстинктивно прикрыла покалеченную щеку. Джоузи поморщилась. Пальцы коснулись уголка рта, ощупали рассеченную губу. Опустив голову, Джоузи поспешила к дому. Ей хотелось как можно скорее оказаться у себя в квартире, где никто не видит ее.

Ей было нечего стыдиться, но стоило подумать о выходке Майкла, и ее охватывало чувство какой-то неловкости. Она до сих пор была шокирована случившимся. Ей до сих пор не верилось, что Майкл поднял на нее руку. Прежде он никогда не срывался. Даже голоса на нее не повышал. Она должна была бы заявить на него в полицию, пройти медицинское освидетельствование и начать судебное разбирательство. Она не давала Майклу повода так обращаться с собой, и за подобные вещи закон предусматривает наказание. Но Джоузи охватило странное оцепенение. К этому добавилось стойкое нежелание показываться где-либо в таком виде. И она заперлась в квартире, принявшись лихорадочно работать. Это наилучшим образом отвлекало ее от всех событий минувшей недели.

Джоузи знала, что должна позвонить Эшу и как-то объяснить свое молчание. Она ведь обещала не затягивать с обдумыванием его предложения. Но как она могла показаться Эшу с такими «символами» чужой власти?

Сейчас все это казалось ей смешным. Майкл не был ее господином. Он просто играл в мужское доминирование, тешил свое эго. Стоило ему услышать, что Джоузи порывает с ним, и Майкла словно подменили. Напрасно она заикнулась об Эше. Нет, имени Джоузи не назвала. Но она сказала Майклу, что он не может дать того, что обещал ей другой мужчина.

В тот момент Джоузи была уверена. Сейчас уверенности поубавилась. А вдруг Эш ничуть не лучше Майкла? Она ведь почти ничего о нем не знала. В тот день, когда явился Майкл, Джоузи как раз собиралась позвонить Эшу и сказать о своем согласии. Однако после случившегося ее стали одолевать сомнения. Проснувшийся инстинкт самосохранения заставил ее еще раз хорошенько все обдумать.

Эш — натура более страстная, чем Майкл. В этом Джоузи убедилась. Что, если все его речи в ресторане были лишь красивым фасадом, а в действительности ее ждет такое же отношение к ней? Возможно, даже хуже.

Ее захлестнул вихрь мыслей. Встреча и разговор с Эшем виделись ей совсем в ином свете. Джоузи не хватало моральных сил, чтобы принять столь серьезное решение. Вправе ли она вручать себя, свое доверие и всю свою жизнь такому человеку, как Эш? И потому она не звонила ему, снова и снова обдумывая, как же ей поступить.

Прежде всего она боялась. Страх в равной степени мешал ей принять или отвергнуть предложение Эша. Джоузи ненавидела этот страх. Ей хотелось совсем не так жить и совсем не так принимать решения. Но сейчас ей требовалась ясная голова. После выходки Майкла она всерьез опасалась, что Эш может оказаться ничем не лучше.

Тяжело вздохнув, Джоузи полезла в карман за ключами. Она по-прежнему шла, не поднимая головы. Свернув к дому, она с удивлением обнаружила, что проход загораживают… дорогие мужские ботинки.

Джоузи вскинула голову и увидела Эша. В его глазах бурлила ярость. Джоузи инстинктивно попятилась назад.

— Что с тобой случилось, черт побери?! — зарычал он.

Он был зол, невероятно зол. Гнев волнами накатывал на него. От прежнего обаяния и спокойствия не осталось и следа. Сейчас он напоминал сжавшегося в комок рассерженного альфа-самца.