В нескольких высказываниях, промелькнувших в сети (и приправленных слегка раздраженной интонацией) уже звучало: мол, никакой своей педагогической системы у Крапивина нет, чего он лезет в педагоги-новаторы? Господи, да я и не лезу! Я всегда говорил, что не занимался теорией, с уважением относясь к опыту Макаренко, первых пионерских вожатых, Януша Корчака, знаменитых скаут-мастеров, ребячьих комиссаров «Орленка», лидеров коммунарского движения… Мой опыт, опыт «Каравеллы» — чисто практический, а если у кого-то есть нынче желание облекать его в научную форму (в статьях, дипломных работах, диссертациях), то мне лишь остается по мере возможностей делиться с авторами своими воспоминаниями.

И сейчас никакой особой системы предложить я не могу. И не считаю нужным. Чем более строго выстроена система, тем сильнее она ограничивает инициативу и творчество — особенно в начале создания организации (простите за такое спорное и дилетантское мнение). Нужны лишь несколько самых общих признаков у разных объединений и отрядов, которые (признаки то есть) дают возможность собраться под одним знаменем. С тем, чтобы кто-то из ребят, встретив далеко от дома незнакомых мальчишку или девчонку с тем же, что у него значком или шевроном, мог ощутить теплое чувство союзничества: «Мы одной крови! Мы рады тебе, мы готовы помочь тебе в трудном деле, готовы защитить тебя в беде, готовы порадоваться твоим успехам!.. И как хорошо, что нас, таких, много!»

А общие признаки — те, о которых здесь уже говорилось неоднократно:

1) Понимание (или даже ощущение душой) настоящего товарищества.

2) Уважение к личности каждого члена сообщества и уважение этой личности к сообществу.

3) Доброе сотрудничество между старшими и младшими.

4) Интересное и серьезное дело, которое придает смысл существованию сообществу, цементирует его.

5) Отрицание агрессивности в отношениях друг с другом и с людьми вообще.

6) Осознание, что лишь доброе взаимодействие между членами всего человеческого сообщества дает шанс сохранить цивилизацию и вообще планету.

7) Приверженность членов отряда истине, что духовные ценности имеют явный приоритет над материальными (то есть «струна» важнее «люстры»).

8) Готовность к сотрудничеству с другими детскими коллективами.

Ну, а как же практически начать создание общей организации? Начать так, чтобы не «наломать дров», не напугать уже существующие отряды, клубы, экспедиции, секции тем, что будто бы их хотят подчинить какому-то навязанному свыше начальству, заставить действовать по разработанным «знающими людьми» методикам, вогнать в русло чьей-то единой потребности создать союз детских объединений, нужный уже не детям, а взрослым тетям и дядям, затеявшим очередную компанию?

Видимо, здесь нужна небольшая группа инициативных, бескорыстных людей-практиков, которые будут думать об интересах мальчишек и девчонок, а не затевать дискуссии о преимуществе той или иной методики или грызню за лидерство. (Я боюсь слова «штаб», достаточного дискредитировшего себя за десятилетия и всегда пахнущего казенностью и формалистикой; у нас почему-то, затевая любое дело, изначально создают «штабы» и очень часто на этом успокаиваются). Где их взять, таких людей? Вообще-то это тема для отдельной книжки, дело не простое. Но, видимо, если начать искать, они найдутся.

А с самого начала…

Прежде всего нужна газета.

Большая, полноценная, с крупным тиражом, доходящая к ребячьему читателю в самые отдаленные уголки края.

При многих своих несогласиях с идеями В. И. Ленина, хочу сказать, что считаю его очень умным человеком, а одним из самых его умных дел — создание газеты «Искра», которая стала основой будущей партии. Высказывание Владимира Ильича, что «газета не только коллективный пропагандист и агитатор, но и коллективный организатор» (прошу прощения, если цитирую неточно — на журфаке учился полсотни лет назад), мне кажется верным на все времена.

Именно газета мне представляется изначальным организатором нового ребячьего движения.

Вспомните «Пионерскую правду» с ее десятимиллионным тиражом (при числе пионеров двадцать — двадцать пять миллионов. При всей своей зацикленности на школу и официоз она все-таки ухитрялась очень умело руководить акциями всесоюзного масштаба. Например, «Кожаным мячом», «Золотой шайбой», «Зарницей», следопытским движением, разными конкурсами, экспедициями. Ухитрялась помогать и отдельным отрядам, отдельным пионерам… Уважаемые боязливо-оппозиционные читатели этой книжки! Я совсем не призываю, чтобы новая газета тут же занялась организацией массовых мероприятий, которые будут объявлены обязательными и помешают собственным делам отрядов! Задача совсем в другом. Мне кажется, что газета (почему-то мне хотелось бы назвать ее «Здравствуй!» — то есть, здравствуйте все, кто хочет жить вместе и дружно, все кто пришел к нам!) должна прежде всего показать разным ребячьим сообществам, что они не одиноки, что их много и что при всем разнообразии у них похожие взгляды на жизнь, на свои задачи, значит, надо держаться вместе и помогать друг другу.

И побольше узнавать друг о друге. Ведь знаем-то мало и не о всех.

Вот досадный пример (в упрек самому себе). Столько раз бывал в Тюмени, встречался с разными детскими коллективами, а до последних дней ничего не знал о множестве инициатив и дел существующего в Тюменской области Объединения детских и пионерских организаций «Ребячья республика», об их археологической экспедиции «Мамонтенок», об их проекте «Мы живем в Сибири». О «Ребячьей республике», судя по всему» не раз писали газеты и журналы, но информация была рассеяна, не собрана воедино. А вот если бы существовала общая газета детских объединений…