— Ну, тогда ждем, — кивнул Алексей. — Полтора витка — это часа два, не меньше. Надо было книжку взять, что ли?

Курсант мнение моториста не разделял. Отстегнувшись от кресла, он прилип к боковому иллюминатору, за которым медленно вращалась Земля, потом перепорхнул на «звездную» сторону, вернулся обратно.

— Хватит летать, — наконец перехватил его Сизарь. — Иди, одевайся. Скоро сближение. Будешь ловить МКС. Главное — вовремя их заметить!

Однако не заметить махину длиной в пять туристских автобусов и такого же диаметра, да еще и растопырившую во все стороны огромные поля солнечных батарей, было невозможно.

«Касатку» здесь уже ждали. Космонавт в точно таком же «орлане», как и у Мишкина, ожидал момента контакта у манипулятора и подсветил его захват лазером, дав курсанту возможность совершить точный трехсотметровый полет между орбитальными кораблями. Затем лебедка рюкзака почти два часа стаскивала челнок и станцию вместе, пока манипуляторы, наконец-то, не смогли сцепиться в дружеском рукопожатии, крепко держа друг друга «под локоток».

Дальше все происходило долго и нудно: Сизарь перетаскивал груз из салона в шлюз, откачивал воздух, Никита открывал люк снаружи, забирал раздувшийся от внутреннего давления мешок, цеплял к тросику и толкал в сторону МКС. Шлюз «Касатки» был маленьким, много груза не вмещал, и процедуру пришлось повторять пять раз.

Увы, отсека для стыковки со станцией на челноке не имелось, и провести разгрузку разумно, по-человечески, из рук в руки не представлялось возможным.

После восьми часов работы космонавты разошлись по своим кораблям, поели и сделали перерыв на сон. Набравшись сил, трое членов экипажа МКС перебрались на «Касатку» и заняли места в освободившемся втором ряду. Их скафандры Сизарь прежним образом — через Никиту — переслал обратно, после чего курсант отцепил связывающий космические аппараты трос и разжал хватку своего манипулятора. Космонавт с МКС поступил точно так же.

— Счастливого полета, «Касатка»! — услышал Сизарь его пожелание.

— Счастливого полета! — ответил за всех отбывающих Мишкин. — Работу завершил!

— Как манипулятор, Никита? — уточнил Сизарь.

— Визуально убран полностью.

— Тогда возвращайся.

На это действо ушло еще полчаса: забраться в шлюз, загерметизироваться, поднять давление, снять «орлан», убрать в транспортное положение, заэкранировать, проверить экранирование остальные приборных отсеков, задраить внутренний люк…

Наконец курсант перелетел на свое место и тяжело бухнулся в кресло, пристегнул ремни.

— Что теперь?

— Теперь я опять молчу, — улыбнулся Сизарь.

— Да-да, я понял… — На миг курсант замер, вскинув руки над монитором, потом решительно схватил гарнитуру, переключил рацию на режим дальней связи: — «Берег», я «Касатка-три»! Работу завершил, прошу посадки.

— «Касатка», ваш борт отказывается принимать команды коррекции.

— Что?

— Не проходят команды коррекции орбиты! Мы не можем отвести вас от станции!

— А почему?

— Ваш борт отказывается принимать команды! — уже раздраженно ответили с Земли.

— Не работает? — ошалело повернулся Никита к конструктору челнока.

— Не работает, — развел руками тот.

— Э, ребята, что случилось? — забеспокоились космонавты с МКС. — Станция рядом! Можно перейти на нее…

— Спокойнее, граждане пассажиры! — громко объявил Сизарь. — Наш ослик создавался для жизни в космосе, и чтобы его испортить, нужно очень сильно постараться. Дайте курсанту время разобраться с ситуацией.

— Нет связи? — с надеждой спросил Мишкин.

Алексей демонстративно отвернулся в сторону и принялся невозмутимо насвистывать.

— Так… Нет связи… Тест узла… Обмен телеметрией прошел. Связь есть. Общий тест систем… Навигация, система ориентации, топливо, маршевые двигатели… Все системы исправны!

— Все системы исправны, но корабль не работает. Теперь панику устраивать можно? — ехидно поинтересовались сзади.

— Все исправно… Все исправно… Все… Есть, нашел! «Берег», я «Касатка-три»! Остаток заряда батарей три процента! Этой мощности недостаточно для запуска маршевых двигателей.

— Вас поняли. Оцениваем ситуацию.

— Никаких подсказок! — громко предупредил Сизарь. — Пусть разбирается сам.

— Так, сейчас… — Курсант уже увереннее заработал пальцами на мониторе, проверяя состояние челнока. — Тепловой аккумулятор практически остыл. Для запуска генератора его нужно разогреть, а греется он от плиты термоядерного двигателя. Значит, после его использования у нас опять появится питание и зарядка!

— С ума сошел! — опять не утерпел второй ряд. — Ты нам всю станцию разнесешь!