Тем не менее, как полагает академик РАН А.А. Кокошин, «даже выделявшийся среди военачальников послевоенного периода В.Д. Соколовский не может сравниться по своей образованности, эрудиции и культуре со многими военачальниками-теоретиками 20—30-х гг».{206}. Это было застарелая беда наших Вооруженных Сил, коренившаяся в репрессиях конца 30-х гг., которые грубо оборвали нить преемственности между поколениями советских военных мыслителей и полководцев.

Нельзя умолчать об одной нерадостной странице в биографии маршала Соколовского. С 1952 г. по 1961 г. он — член ЦК КПСС. В этом качестве принимал участие в октябрьском Пленуме ЦК 1957 г., на котором в отставку был отправлен Г.К. Жуков. Василий Данилович — Бог ему судья — присоединился к гонителям своего старого боевого товарища, охотно развивая нелепую версию Хрущева о бонапартизме бывшего министра обороны, жажде им политической власти. «…Сказать, что т. Жуков недопонимал и недопонимает роли партийно-политической работы в армии это, конечно, несостоятельно и несерьезно, и те крупные ошибки, которые допущены были Жуковым, конечно, не от недопонимания, как он, выступая здесь говорил, это ерунда, — говорил на Пленуме начальник Генерального штаба. — Дело заключается именно в линии поведения… Эта особая линия поведения вела к тому, чтобы армию прибрать к рукам в полном смысле этого слова и через армию, конечно, воздействовать тем или иным путем, я не хочу фантазировать, но воздействовать тем или иным путем, может быть, даже на Президиум ЦК, чтобы играли… чуть ли не под его дудку»{207}.

Соколовский неплохо сработался с новым министром обороны маршалом Малиновским. Правда, руководил он Генштабом лишь до 1960 г., уйдя, по свидетельству очевидцев, в знак протеста против решения Хрущева о сокращении Вооруженных Сил на 1,2 млн. человек. Маршал был уверен, что в этом случае обороноспособность СССР и его союзников не будет обеспечена должным образом.

Видный военачальник был назначен в группу генеральных инспекторов Министерства обороны. Он продолжал трудиться, передавая уникальный фронтовой опыт новому поколению руководителей Вооруженных Сил. Как и прежде, в круг его интересов в первую очередь входили проблемы военной стратегии, а также истории Великой Отечественной войны.

Накануне 1 мая 1968 г. Василий Данилович внезапно тяжело заболел. В ночь на 10 мая сердце маршала остановилось…

Типичный партийно-советский функционер, чиновник — и обладатель высшего воинского звания. Не лучшие традиции позаимствовала советская власть у времен Петра II или Елизаветы Петровны, когда фельдмаршалом становился придворный чин или глава Тайной канцелярии. Н.А. Булганин — хозяйственник, банкир, один из руководителей правительства — раньше многих полководцев Великой Отечественной войны стал Маршалом Советского Союза, военным министром, удостоился полководческих орденов. И это — при среднем образовании и весьма скромных профессиональных достоинствах.

Ничто, кажется, поначалу не предвещало такой завидной карьеры. За два десятилетия между Гражданской и Отечественной войнами Николай Александрович успел сменить немало мест работы: трудился и во Всероссийской чрезвычайной комиссии, и в Высшем совете народного хозяйства, был директором Московского электрозавода, с 1931 г. по 1937 г. возглавлял Московский совет депутатов трудящихся. В 1935 г. первым секретарем Московского горкома партии стал Н.С. Хрущев, после чего эти два руководителя шли рядом до 1958 г., когда Булганин был главой Советского правительства, а Хрущев — главой КПСС.

Совместную деятельность они начали с реализации лозунга о превращении Москвы в «образцовый город нашего пролетарского государства». Надо отдать должное, многое в столице изменилось тогда к лучшему: начало строиться метро, была проведена коренная реконструкция городского хозяйства, шло массовое сооружение жилья. Но сколько уникальных памятников истории, архитектуры и церковной культуры утратила тогда столица: был взорван построенный в честь победы над Наполеоном храм Христа Спасителя, снесены Сухарева башня, церкви — Сергия Радонежского, Михаила Архангела, Крестовоздвиженская. «Почистили» и Кремль. Сохранился снимок: Хрущев и Булганин заинтересованно рассматривают царские гербы, замененные на кремлевских башнях рубиновыми звездами и выставленные в Центральном парке культуры и отдыха.

В те же годы Булганин познакомился с И.В. Сталиным. Как вспоминал Хрущев, вождь часто приглашал их с тогдашним столичным мэром, при этом всегда шутил: «Приходите обедать, отцы города». Булганин как-то сказал коллеге: мол, приглашают тебя в гости, там поят, кормят, а потом и не знаешь, сам ли поедешь к себе домой или тебя отвезут куда-нибудь и посадят. Надо ли после этого удивляться, что, получив очередное указание, «отцы города» без рассуждений, неотложно брались за выполнение поручений вождя.

Николай Александрович демонстрировал не только высокую исполнительность, но и личную преданность вождю. Он с готовностью подключился к славословию Сталина. Доклад генсека на XVII съезде партии в 1934 г. он назвал — ни много ни мало — «гениальным», а решающим условием роста и развития Москвы — «исключительную помощь, которая оказывалась Москве на протяжении всех истекших лет нашей партией, ее Центральным комитетом и в первую очередь товарищем Сталиным».

Путь наверх Булганину, как и многим функционерам, открыли массовые расправы с партийными, советскими и хозяйственными кадрами. Одним из первых арестовали и расстреляли председателя Совнаркома РСФСР Д.Е. Сулимова. На освободившееся место в июле 1937 г. и был рекомендован Булганин.

Одним из его подчиненных стал Я.Е. Чадаев, получивший пост председателя Госплана РСФСР (позднее он несколько лет трудился управляющим делами СНК СССР и в этом качестве подписывал вместе со Сталиным постановления правительства). «Булганин… сразу произвел на меня весьма приятное впечатление, — вспоминал он. — … По натуре интеллигентный человек, довольно строго спрашивал о состоянии дел и без каких-либо упреков указывал на ошибки, давал нужные советы. В простой и достаточной пониманию форме он говорил о необходимости проявления чуткости к новым явлениям жизни, чтобы лучше решались первоочередные задачи, стоявшие перед наркоматами и ведомствами»{208}.