— Нет, конечно, нет. Видит небо, я тут ни при чем! — Она вскочила на ноги в совершеннейшем замешательстве. — И я никогда… никогда! Как честная женщина, сэр… спросите любого о Миранте Первис…

— Да, мэм. Я спрошу.

— А что, мистер Фицуоррен на самом деле вор?

— Именно, мэм. Он занимался подлогом. Миссис Ла Вин никогда не давала ему доверенности; он украл ее, потом хотел убить женщину и завладеть всем. Теперь она лежит в коме и оказалась бы в приюте через день или два, если бы ее родственница не приехала в город и не положила конец всем этим махинациям.

— Значит, я осталась без работы. — Мисс Первис вздохнула. — И это при том, что мне не заплачено за последнюю неделю.

— Мэм, я не могу говорить за миссис Спайсер, но мне кажется, ей понадобится кто-то, кто хорошо знает обо всем, что здесь происходило. Скажите, ваш хозяин имел других клиентов?

Миранта покачала головой:

— Он мало занимался адвокатурой, а когда появилась миссис Ла Вин, бросил все и полностью переключился на ее дела. Хотя мне надлежало быть преданной служащей, я не очень любила мистера Фицуоррена. Понимаете ли, я считала… — Она зажала рот рукой, как будто пыталась удержать слова, не дать им вырваться наружу.

— Чем-то вроде задницы мула? — рискнул предположить Уэбб.

Миранта захихикала:

— Верно. Хорошее сравнение. — Она отошла к своему столу.

Уэбб мельком пробежался по бумагам, с которыми Фицуоррен собирался удрать. Одну из них, фальшивую доверенность, он быстро сложил вчетверо и опустил в карман.

— Я скоро вернусь и просмотрю остальные документы более тщательно, мисс Первис. А пока скажите мне для начала, услугами какого банка пользуется Фицуоррен и где он живет?

Получив необходимые сведения, Уэбб прошагал к двери и начал спускаться вниз по лестнице, как вдруг столкнулся с Джеймсом Ярборо.

— Если ты ищешь Фицуоррена, старый товарищ, то его тут нет.

Лейтенант нахмурился:

— Надеюсь, ты знаешь, куда он пошел? Шеф хочет задать ему пару вопросов.

— Ищи ветра в поле! Полагаю, этот тип уже уехал из города.

— Черт побери! Судья Маллой сегодня утром приказал схватить его за задницу и выяснить насчет его махинаций с родственницей Сахарной Энн, а мой начальник жутко разозлился. Они с Фицуорреном частенько играли в бильярд, и когда я пытался поговорить с ним насчет Сахарной Энн и миссис Ла Вин, он велел мне не соваться и больше думать о своих делах. Теперь, когда судья Маллой сказал: «Взять», шеф повиновался, но предупредил, чтобы я был предельно вежливым, приглашая адвоката прийти в участок.

Уэбб кивнул:

— Так я и думал.

— Что такое?

— Я застал его как раз в тот момент, когда он готовился убраться из города.

Лейтенант усмехнулся:

— И ты разрешил ему это сделать?

— Я напугал маленького ублюдка. Я так его наскипидарил, что он помчался быстрее черта.

Ярборо засмеялся и шлепнул Уэбба по спине.

— Хотел бы я посмотреть на это. Не зря говорят, что репутация техасского рейнджера опаснее двадцати коробок пуль. Никогда не забуду, как ты напугал трех дерьмовых типов в салуне Форт-Уэрта, — ты тогда распахнул пальто, а под ним твои револьверы. «Я — орудие вашей гибели» — так, кажется, ты сказал. Двое из них совсем ослабели, а третий пустился наутек и, говорят, не остановился, пока не добежал до границы Оклахомы. Так куда ты сейчас?

— В банк — хочу удостовериться, что Фицуоррен не выкинул еще какой-нибудь финт. Хочешь пойти со мной?

— Думаю, не стоит. Если я увижу его, мне придется вести эту тварь в полицейский участок. Я лучше позволю кому-нибудь еще поволноваться о нем. — Лейтенант коснулся края шляпы и направился в другую сторону.

Остановившись перед банком на Стрэнде, Уэбб увидел, что Фицуоррена поблизости нет. Через минуту он уже объяснял президенту, что адвокат не должен иметь доступа ни к каким деньгам. Президент банка, некто Альфред Садерн, сообщил, что его мать, миссис Эммет Садерн, только что передала ему точно такое же указание. Сахарная Энн, должно быть, не только ела пироги с земляникой у старой дамы, но и занималась кое-чем посерьезнее.

Когда Уэбб дошел до железнодорожной станции, билетный кассир незамедлительно подтвердил, что мужчина без головного убора, внешность которого совпадала с описанием, данным Уэббом, только что уехал на поезде, идущем на север.

«Итак, мы избавились от этого негодяя», — подумал Уэбб, возвращаясь в контору адвоката. Теперь ему было необходимо изучить документы, с которыми Фицуоррен намеревался удрать.

Больше часа капитан разбирал бумаги на столе беглеца, но наконец откинулся на спинку стула и тихо присвистнул. Мало того, что Фицуоррен неумело справлялся с делами, — он и вором-то оказался никудышным. Этот тип вообще ничего не понимал в бизнесе; за то время, которое все бумаги находились под его контролем, Уэбб мог бы удвоить свое состояние.

Впрочем, Уэбб даже думать не хотел о таких вещах. Он начал складывать бумаги и деньги в чемодан, который, убегая, оставил адвокат. По крайней мере теперь им хватит денег для ведения домашнего хозяйства и для финансирования погони за Херндоном.

Уэбба несколько беспокоило, что он не отправил Фицуоррена в тюрьму, где ему было бы самое место, но на то имелись свои причины: арест и суд затормозили бы дело; кроме того, возник бы вопрос и о полномочиях самого Уэбба. Формально сейчас капитан не находился при исполнении обязанностей, а следовательно, он превысил свои полномочия.