– За женщинами присмотри.

Еще один кивок.

– Кипяток!

Третьего кивка не последовало. Кликнула рабов, и те с ходу занялись печью.

Так. Теперь мужчины. Чадь моя свободная и подневольная. Рожи озабоченные, похватали кто что.

– Отец Бернар! – окликнул я монаха. – Займись тут.

Проку от ополчения немного. Ставить их на стены нельзя, кроме двоих: Пэра и кузнеца. Этих – можно. Остальные на вспомогательные работы. Стрелы подавать, копья, кипяточек, когда подоспеет. Хоть какую пользу принесут.

Кого же принесла нелегкая, думал я. Хотя уже догадывался – кого. Кровная месть – это, блин, посерьезнее, чем жизнью рискнуть. Зря я его дразнил, наверное. Нет, хреновый из меня викинг. Язык – как помело…

– Хавчик! Знак: «На нас напали!»

Расторопный трэль тут же умчался.

– Никак сам Мьёр-ярл пожаловал! – пробасил Хавгрим Палица, которому ни туман, ни сумерки не помеха. Глазастый. – И с ним десятков шесть, похоже.

Спокоен Хавгрим. Страха – ноль. Хотя откуда страх? Он же берсерк.

– Выходит, не простил тебе убитого племянника Мьёр, – констатировал Палица. – Пришел твою кровь взять.

– Упорный, – пробормотал я. – От самого Оденсе за нами тащился…

Хавгрим метнул в мою сторону быстрый неодобрительный взгляд. Вслух – ничего, но и так понятно. Мог бы и сказать. Хавгрим с Мьёром знаком не шапочно. Они с Торкелем, которому служил Палица, были вроде как соседи и союзники… Пока один другого не схавал.

Сконцы высаживались на берег. Они не спешили. Куда торопиться? Если над забором головы в шлемах торчат, значит, мы уже в курсе.

Я оглянулся. Хавчик дело знает. Над подворьем поднимался столб черного дыма. Когда рассветет, сигнал будет виден на много километров. И подмога не замедлит. Хоть и проредил наш рейд на Сконе ряды моих соседей, но осталось кому копье взять. Уверен, что среагируют быстро. Но расстояния здесь меряются милями, а не метрами, так что поспеют не сразу. Часика три минимум, а то и четыре. Продержимся ли мы столько ввосьмером – против шести десятков нехороших парней? Пятидесяти восьми, если быть точным. И еще с полдюжины вижу, они осталось при драккаре. Не стал Мьёр всех сразу задействовать. Знает, сучий сын, что нас – всего ничего.

Эх, Медвежонка бы сюда! Он один десятерых стоит. Хотя у меня и сейчас есть берсерк.

Я покосился на Хавгрима. Спокоен, как слон на выпасе.

Сконцы возились на берегу. А что это у нас? Никак бревнышко. Ворота мои свежеповешенные вышибать. Ну-ну… Хотя добавить прочности не помешает.

– Стюрмир! – рявкнул я. – Ворота укрепить!

Молодец я – с воротами. Качественные. Железные петли на опорных столбах в охват толщиной. Поперечины, железная прошивка.

Но лишних предосторожностей не бывает. Укрепить – надо. Технология отработана. Стюрмир при участии Хавчика мигом организовал трэлей. Пока сконцы разгружались и строились, ворота уже крепили балками (жаль строительную древесину, да выбора нет) и подогнали две телеги, сняли с колес. Поставить впритык к створкам, засыпать песком…

Как раз управились, когда вороги закончили приготовления и бодрым шагом двинулись к нам.

– Хёвдинг, можно?

Юсуф. С луком. Мой последний мастер-стрелок. Счастье, что он – выжил. Шансов было немного.

Я кивнул.

Звонкий щелчок тетивы… И один из сконцев выронил копье, схлопотав стрелу в плечо.

– Отличный выстрел!

– Я целил в ярла, – огорченно сообщил Юсуф.

И метнул вторую стрелу… Которую ярл без труда поймал щитом.

Да, один стрелок – это не команда. Сейчас бы залп в дюжину луков…

Однако наглости у сконцев поубавилось. С рыси на шаг перешли, сомкнулись щит к щиту и дальше – со всей осторожностью.

Следующий выстрел – уже метров с семидесяти. Одному из сконцев прошило ступню. Он вскрикнул, опустил щит на пару ладоней… И вторая стрела пробила шею его соседу. А третья угодила в бедро еще одному сконцу.

Мьёр-ярл завопил, и брешь закрылась.

Юсуф сиял.

Я тоже взялся за лук. Стрелок из меня – не арабу чета. А с англичанами покойными я даже конкурировать не пытался. Но с сорока метров в бычий глаз попадаю. Факт.

Сконцы двигались к усадьбе. Медленно. Очень медленно. Но ошибок больше не допускали. Щиты внахлест. Сверху – тоже. Прям-таки древнеримская «черепаха», только чешуи другой формы и поменьше скутумов.

За сплоченной кучкой волоклось бревно. Таран.

Справа от меня, хекнув, метнул копье Стюрмир.

Копье прошило щит… Но и только. Никто не упал, брешь не открылась.

Пятьдесят шагов… Я замер с луком в руках… То же – Юсуф, Дрива, Вихорёк и Тори. Остальные пятеро – со швырковыми копьями.