Вот она суровая правда жизни, принцессы тоже...кхм...люди. Назовем это так и как говориться, пусть бросит камень тот, кто не без греха.

– Молодые люди, вы совсем, что ли с ума сошли?
– Раздался суровый мужской голос.
– Это вам не нижние городские кольца, где можно справлять нужду где попало!

– Ой!
– Пискнула Катрин, а я с замиранием сердца уставился на патруль городской стражи из трех сурового вида дядичек что насупившись взирали на нас.

– С виду приличные люди!
– Мужчина с нашивками на рукаве, явно старший группы, пихнул своих сослуживцев, дабы те отвернулись от суетящейся дамы.
– Что скажут ваши родители?

– Товарищ милиционер.
– Я задумчиво почесал затылок поправившись.
– Господин стражник, вы уж простите нас, так уж вышло с утра на ногах такой сумасбродный день.

– Отлично.
– Фыркнул он.
– Мы тоже с утра на ногах, предлагаете нам теперь к вам присоединиться?

– Нет э-э-э...
– Признаться честно я как-то растерялся, в этом мире меня еще за безобразия не останавливали полицаи.

– А вообще не ваше дело!
– В беседу пылающая румянцем стыда и гнева вклинилась принцесса.
– Вы даже не представляете, с кем имеете дело!

– С двумя сыкунами которые возомнили, что их происхождение может прикрыть их свинское поведение!
– Без церемоний на грубой ноте перебил ее старшина.
– А теперь оба пойдете в наш участок, где предоставите письменные объяснения своим непотребствам и выплатите штраф!

– Никуда я не пойду!
– Катрин звонко припечатала каблучком по брусчатке.
– А ваше хамство вам еще выльется!

– Так вы еще не все вылили?
– Расплылся в улыбке страж, подловив ее на слове.

– Я принцесса Катрин, грубый ты мужлан!
– Принцесса гневно сжала кулаки.
– Не сметь, подобным тоном разговаривать со мной!

– Ага, а я тогда Митсвел Первый буду.
– Расхохотался стражник.
– Пройдемте принцесса, вас ожидают ваши королевские покои!

Вот такие вот пироги с котятами, меня, да что меня, пупочек местной знати под белые ручки уводил патруль городской стражи прямехонько в участок, где помимо красных ушей и кучи неприятностей, я все же ожидал спасение из безвыходной ситуации, в которую меня втянула мазель Катрин. Стыдобища конечно, но куда деваться? Может быть, так слух о пропаже принцессы быстрей дойдет нужных ушей и беглянку наконец-то вернут на место?

Но мы лишь предполагаем, а господь располагает. В участке меня и шипящую как рассерженная кошка принцессу, умудрившуюся, не только поссорится со стражей, но и пару раз лягнуть в коленку старшего офицера, без лишних разговоров проводили в камеру. Довольно приличную надо сказать, с лавками и чистым полом, все же что не говори, второе кольцо, здесь принимают только важных гостей.

– Ульрих, едрена мать, ты ли это?!
– Естественно в камере мы были не одни.

– Вырви глаз, точно - он!
– С порога меня облапили две пары здоровенных ручищ, а от помятых морд жутко несло матерым перегаром.

– Хватит медведи!
– Сипло, придушенным голосом пропищал я.
– Задушите ведь мракобесы!

– Оу-у!
– Один из здоровяков пихнул в бок своего дружка.
– Гляди-ка, а барон то не один к нам в гости пожаловал!

– Здравствуйте господа.
– Катрин изобразила галантное приседание.
– Я так понимаю, вы знакомы?

– Знакомьтесь ваше высочество.
– Тяжело выдохнул я, выбираясь из объятий.
– Бароны Рамус и Трим Гердскольды собственной персоной.

– Ох и зажжем мы сегодня чувствую!
– Расплылся в улыбке Трим, потирая руки.

– Эт мы всегда пожалуйста, правда Ульрих?
– Поддержал его смехом братец.

– Господи спаси и сохрани!
– Воздел я печальные очи к потолку.

На присутствии императора при приеме посла, настояли сами дьесальфы. От чего де Кервье, не была в восторге, хоть и в какой-то мере вынужденно смирилась с присутствием данной персоны в своем доме. Своей жизни, в своем прошлом и похоже будущем ее детей.

Уже привычно она заняла свое место в низком кресле далеко за плечом сына, тяжело вздохнув, но меж тем цепким и живым взглядом отмечая всех присутствующих и в голове прокручивая их подноготную, их мотивацию желания и чаянья.